* * *
Жизнь и учеба в Группе войск в Германии продолжались под прежними знаменами, но с другим главнокомандующим. В сравнении с Кошевым генерал-полковник Куликов был, конечно, более склонен к обсуждениям, отыскиванию общих взглядов. Это обеспечило ему “общий язык” не только с членом Военного совета Мальцевым, но и с советским послом в ГДР (Петр Андреевич Абросимов), и с руководством Министерства обороны (Гофман), и Министерством Госбезопасности (Мильке) и со всем политическим руководством ГДР – Вальтером Ульбрихтом Эриком Хоннекером, Вили Штофом и другими.
В армии шла настоящая боевая учеба. Иногда увлечения и фантазии начальников доходили до классических форм. Проходили учения с 47-ой Гвардейской танковой дивизией, и тоже с форсированием Эльбы, но только наоборот – с запада на восток. Приезжает главнокомандующий В.Г. Куликов и ставит командиру дивизии генералу
Г. Ворохобу задачу – всем танкам дивизии преодолевать Эльбу только по дну реки, при этом каждый батальон должен иметь свою трассу. Изготовили все необходимое и преодолевали по дну, и все проходило нормально (никого не утопили), потому что предварительно разведку дна на таком огромном фронте проводили двое суток.
Однако самыми знаменательными для Варенникова и для всей армии стали проведенные в зиму 1970-го на 1971-ый год армейские войсковые учения. На учения привлекалась вся армия: пять дивизий, три бригады и девять отдельных полков. Все казармы закрыты на ключ. В военных городках только круглосуточный патруль.
* * *
Армия была поднята внезапно по тревоге ночью. Зима. Шел холодный дождь. Соединения части, штабы вышли, а запасы вывезли в запасные районы. Все было тщательно проведено. Затем главнокомандующий Группой – руководитель учения поставил задачу в течение суток совершить марш и сосредоточиться в северо-восточном районе ГДР. Дождь продолжал лить. Задача с маршем и сосредоточением была выполнена. Но, чувствовалось, личный состав уже измотан, особенно командиры. Во-первых, потому, что хотя привалы и были, но марш совершался круглые сутки, и, во-вторых, шел непрестанный дождь. Температура нулевая, однако, поскольку дул сильный ветер, то, конечно, промокший, да еще после двух бессонных ночей, солдат чувствовал себя скверно. Ясно: надо срочно поднять боевой дух.
Варенников отдал распоряжение о немедленной организации обогревательных пунктов на весь личный состав (палатки всех видов, брезентовые покрытия, крытые кузова машин с калориферами или печками). Всему личному составу удвоили норму питания (за счет первого вида), особенно мяса, сала, масла, сахара. А горячего крепкого
424
сладкого чая и белого хлеба – в неограниченном количестве круглые сутки.
Организовав все меры безопасности, особенно позаботился, чтобы не сгорели или не угорели люди. Все, кроме старшего звена командиров и штабов, приступили к сушке и отдыху. Однако прежде была организована круговая оборона, выставлены полевые караулы на всех дорожных направлениях, создана система наземного и воздушного наблюдения, средства ПВО приведены в боевую готовность. Штабы имели две смены – одна работает, а другая отдыхает. В тоже время рассчитывать на значительную паузу в действиях не приходилось. Как и предполагал Варенников, сразу после его доклада о сосредоточении войск армии в указанном районе в установленные сроки, последовала
директива командующего войсками фронта (то есть руководителя учения) о подготовке и проведении операции с целью разгрома противостоящего противника. Поэтому были задействованы все основные командиры и штабы от полка и выше. А личный состав готовил себя и боевую технику к боевым действиям.
Суть боевой задачи состояла в том, что армия, занимая полосу обороны, обязана была отразить внезапное нападение противника, перейти в решительное контрнаступление и полностью разгромить агрессора на его территории.
В связи с этим было принято решение: на правом фланге и в центре оперативного построения армии в первом эшелоне поставить 10-ую, 12-ую и 46-ую танковые дивизии. На левом фланге на широком фронте – одну 207-ую мотострелковую дивизию. Кроме того, в полосе этой дивизии иметь все основные противотанковые средства и установить как можно больше инженерных заграждений, в том числе минных полей. Во втором эшелоне армии - 25-ую танковую дивизию, которая предназначалась для ввода в сражение с целью развития контрнаступления, а также для проведения контрудара в случае прорыва противника в полосе 207-ой мотострелковой дивизии (на левом фланге армии). В свою очередь, танковые дивизии первого эшелона имели в первой линии мотострелковые полки и по одному танковому полку. Два других танковых полка, находясь во втором эшелоне, вводились в бой с переходом в наступление.
Таким образом, надо было решать две задачи – обороны и наступления. И там, и там требовалась большая организационная работа и практические действия по проведению инженерного оборудования (одних только траншей и ходов сообщения на основных, запасных и отсеченных позициях насчитывались сотни километров). Исключительное место при организации действий заняло определение инженерного оборудования, маршрутов выдвижения и рубежей развертывания для вторых эшелонов и различного рода резервов, а также огневых позиций для артиллерии, ракетных войск и средств противовоздушной обороны. Особое место, естественно, заняли вопросы организации управления войсками, инженерного оборудования пунктов управления и всестороннего обеспечения войск (в том числе тылового обеспечения).
Вся операция (все учения) проходили в сложнейших условиях. Вначале беспрерывно шел холодный зимний дождь со снегом, а с началом наступления температура упала до минус 9-12 градусов, и все вокруг покрылось сплошным льдом. Дороги и маршруты превратились в буквальном смысле в ледяной каток.
Несомненно, испытания – и морально – психологические и физические – были колоссальными. Но личный состав со своими задачами справился. Армия была отмечена на разборе руководителем учения. И. конечно, Варенников эту оценку отнес ко всем офицерам и солдатам.
Блестяще проявили себя на учениях: генерал П.Г. Лушев – первый заместитель командира, а в итоге своей службы стал генералом армии, первым заместителем министра обороны СССР; генерал Н.В. Сторч – начальник штаба армии, а в последующем генерал-лейтенант, начальником одного из ответственных управлений Генерального штаба; генерал В.М. Турбин – начальник Ракетных войск и артиллерии армии; Герой Советского
425