Сразу не понял, кто спрашивает. Но когда невидимый собеседник добавил, что
приедет к ним еще человек десять, то Варенников сообразил, что это был министр
обороны.
- Я хотел бы Вам предложить обкомовскую гостиницу. Это в 20-ти минутах езды до полигона, - предложил Варенников.
- Во-первых, чужое предлагать некорректно, во-вторых, я еду не в Ровенский обком, а в Прикарпатский Военный округ, в-третьих, я же еду не на блины, а на учения – почему я должен нежиться на обкомовских подушках? Я и все, кто со мной прилетят, будем жить в поле – на полигоне в палатках. Ясно?
- Так точно, министр обороны, размещение на полигоне в палатках.
Министр положил трубку, а Варенников задумался: погода на улице была скверная, да и прогноз не предвещал ничего утешительного – конец осени. В этом году
похолодание началось рано, но главное – шли частые дожди, со снегом. Конечно, это “вводная” Андрея Антоновича поставила перед Варенниковым еще одну проблему. Ведь надо было разместить не просто министра обороны – члена Политбюро ЦК КПСС и его соратников. Даже если бы он не был членом Политбюро, то в этом случае его нельзя рассматривать как просто министра. Это министр министров. Под его началом пять Видов Вооруженных Сил и огромный тыл, плюс Главные управления типа бронетанкового, автотракторного, ракетно-артиллерийского, инженерного, противохимической защиты, космических ядерных боеприпасов – все это своеобразные министерства. И он собирается жить в палатке?
Варенникова обеспокоило то, что на полигоне нужно было не только создать нормальные человеческие условия и, в первую очередь, чтобы было тепло, но главное, чтобы служба охраны могла выполнить свои обязанности. Все-таки Западная Украина, лес, вдали от населенных пунктов. Это не Арбат, и тем более не Кремль.
* * *
Но вот начались учения. Отработали все, что требовалось на Львовском и Игнетпольском полигонах, а войска с обоих “полюсов” устремились на Ровно, решая по пути отдельные тактические задачи, которые предусмотрены планом и которые в установленное время “подкидывали” посредники (до реальной встречи) сторон.
Точно в назначенный час Варенников встретил министра обороны на аэродроме. На встречу приехали и руководители Ровенской области. Несмотря на плохую погоду, настроение у всех было приподнятое. Надо заметить, что маршал Гречко у партийных и советских органов страны пользовался не только авторитетом, а глубоким уважением, так же как и маршал Жуков. Вместе с министром прилетели: как всегда начальник Главпура А.А. Епишев, Главнокомандующий ВВС П.С. Кутахов и несколько других офицеров, в основном операторов. Кстати, за сутки до начала учений к ним в 8-ую Гвардейскую танковую армию и 13-ую армию, а также в их дивизиях побывали офицеры Генштаба и Главного Управления боевой подготовки, которые все вопросы, начиная с подъема войск и штабов по тревоге, взяли на контроль. Разумеется, к ним Варенников приставил своих офицеров с той целью, чтобы взгляды и тем более оценки тех и иных действий были одинаковы.
Но самое интересное, что с министром прилетел и первый заместитель начальника Главного оперативного управления Генштаба генерал-полковник Иван Георгиевич Николаев, что было крайне редко.
Так состоялось их первое знакомство. Отличительной чертой Ивана Георгиевича
была не только его уникальная память и способность в короткие сроки подготовить любой
442
документ высокой сложности, но самое главное то, что он “нюхом чуял” развитие любых
событий. Это то самое предвидение, которым должен обладать любой офицер, а работник
Генштаба – тем более. Пока министр беседовал с руководством области, Варенников с Николаевым перебросились несколькими фразами, вследствие чего договорились поехать в штаб руководства учением, а том неподалеку и “резиденция” министра в палатке.
- Ну, так что? – обратился министр обороны к Варенникову. – День уже закончился, а мы все гуляем.
- Предлагаю поехать в штаб руководства.
Министр поблагодарил местное руководство за приглашение остановиться в Ровно и сказал при этом, косясь в сторону Варенникова: “У нас здесь есть турбаза, где я намереваюсь переночевать”. Затем пригласил их всех на сражение, которое, очевидно, завтра начнется часов в 8-9 утра”, а также сказал, что прилетают гости из Луцка (Волынская область) и из Житомира на это мероприятие.
Начальник штаба руководства генерал Аболенс их уже ожидал. В очень большой палатке, составленной из брезента с ярко-белым подбоем изнутри, были развешаны карты, популярно составленные схемы и диорамы. Варенников в течение часа докладывал план проведения учения. Министр задал ему и начальнику штаба много уточняющих вопросов. Затем он захотел переговорить с командармами развернутых действующих на учении дивизий (общение шло по радио, войска были в движении). Не все шло гладко, но разговор в целом получился.
Все, кроме Николаева, отправились в “резиденцию”, а Иван Георгиевич получил у министра разрешение остаться с двумя своими офицерами для уточнения некоторых вопросов. Палатки стояли в мрачном из-за промозглой погоды лесу. От палатки к палатке были брошены деревянные мостки, так как вокруг набралось много воды. Уже стемнело, и выходы везде были освещены.
- Всем устроиться и через 10 минут на ужин. Где столовая? – спросил министр.
- В центре, товарищ министр обороны.
В столовой – большой палатке – собрались за общим столом. Было уютно, тепло, светло, а на столе аппетитная еда. Перед трапезой Андрей Антонович сказал, что успел “пробежать” газеты и даже проверить работу телевизора. В центре внимания прессы – подготовка к Всемирному конгрессу миролюбивых сил, который должен состояться в конце октября в Москве. Приступив к еде, продолжали обсуждать предстоящие учения.
- Павел Степанович, - начал министр, - а ведь с погодой – это твоя работа?
- Товарищ министр обороны, позвольте вылететь в Москву – я наведу порядок, - немедленно отреагировал маршал авиации Кутахов.
- Нет, Андрей Антонович, - вмешался Епишев. – Вы уж его не отпускайте до конца. Натворил и пусть сам терпит.
- Верно, - поддержал Гречко, - пусть вместе с нами терпит. Надо только у него в палатке снять все обогреватели.
- Я согласен, товарищ министр. Но вместо них пусть лучше дадут печку с дровами.
- Может, еще и истопницу к печке? – добавил Алексей Алексеевич.
- А что, мысль у Главпура всегда была революционной, - в тон ему сказал Павел Степанович.
- Вы видите, видите! Эти асы в песнях распевают: “Первым делом самолеты…”, а на самом деле думают о таране.
Пошутили, посмеялись и опять перешли к разговору об учениях. Гречко уточнил, где будут командные пункты командиров к 5 утра завтра и сколько езды от “резиденции” до КП одного и другого. Варенников сказал, что полчаса. Подъехал генерал Николаев, доложил, что вес вопросы решил и по приглашению Андрея Антоновича сел к столу
ужинать.
443