* * *
Министр обороны маршал А.А. Гречко любил частенько внезапно проверять округа. Внезапно собрав нужную, по его замыслу, команду, он въезжает на аэродром, предупредив Генштаб, чтобы готовили самолет. Взлетев, в воздухе говорит командиру
458
корабля, на каком аэродроме приземлиться. За час до прилета дает команду с борта самолета Генеральному штабу, чтобы тот сообщил соответствующему начальнику, что он
летит к нему.
Так произошло и с Прикарпатским военным округом весной 1975-го года. Хорошо, что Варенников в это время был не только у себя во Львове, но даже на аэродроме. Варенников уже шел к самолету – был заказан полет на Житомир (в 18-ую танковую армию). Его провожал командующий Воздушной армии округа генерал-полковник С. Горелов. Вдруг прибегает дежурный офицер и докладывает: “Через час министр обороны и с ним группа офицеров, в том числе Главнокомандующий ВВС, садятся на аэродроме в Мукачево”.
Естественно, Варенников летит в Мукачево – до прилета министра у него 20 минут в запасе. Но возникает, кажется, неразрешимая проблема – по инструкции, в районе взлета или посадки литерного самолета (члена Политбюро ЦК) за 30 минут не разрешается ни принимать, ни выпускать самолеты. Лишь своей властью, в нарушение этого положения,
Варенников приземлился на аэродроме 92-го Гвардейского истребительного авиационного полка в Мукачево. Полком командовал полковник Буравков. Это летчик самородок. Все летчики учились в военных училищах, различных военных школах, военных академиях. Но не у всех есть дар летчика высшего класса.
Буравков уже получил сигнал из штаба округа и штаба Воздушной армии о прилете министра обороны в Мукачево. И вообще, штаб Прикарпатского военного округа дал оповещения всем войскам округа, что появился министр. Он просто так не появляется. Сделано оповещение, как о штурмовом предупреждении. Кстати, были оповещены и соседние с ними военные округа и группа советских войск.
Самолет министра приземлился точно в установленное время. Чего же от него ожидать? Какие он привез с собой неожиданности?
Самолет подкатил к установленному месту. Служба подала своевременно трап. Министр обороны вышел на трап и, сделав удивленное лицо, спустился по ступенькам в сопровождении своих неизменных соратников, в том числе Кутахова. В хвостовой части тоже открылся люк, оттуда выбросили стремянку, и по ней быстро спустились все остальные. Машин было приготовлено достаточно, в том числе и “Чайка” из Закарпатского обкома КПСС.
- А как сюда попал командующий? – начал Андрей Антонович.
После официального стандартного доклада-рапорта министру обороны Варенников продолжил в духе начатого им разговора.
- Чисто случайно. Смотрю в небо – над округом летит самолет министра. Проложил маршрут по карте – получается, что может сесть в Мукачево. Вот и заехал на всякий случай.
- Ну, и дела. А мы опять летим в Венгрию. И вдруг Павел Степанович говорит, глядя в иллюминатор: “Смотрите, командующий Прикарпатского военного округа расхаживает по аэродрому”. Я ему: “Да вроде не он”. А Кутахов настаивает: “Он!”. Здесь Алексей Алексеевич подключился: “Точно – он!”. И, видно, замялся: “Неудобно пролететь мимо. Надо уважить”. Вот они меня и уговорили сесть. Так что будем делать?
* * *
Здесь подошел командир 92-го Гвардейского истребительного полка полковник Буравков и доложил, что полк находится в постоянной боевой готовности, занимается боевой и политической подготовкой.
- Вот и начнем с этого полка.
459
Министр начал подробно расспрашивать, что за полк, где он воевал, какое состояние на сегодня, сколько летчиков 1-го, 2-го и 3-го класса, каков налет часов.
Выяснили, что из этого полка вышел Герой Советского Союза генерал-полковник Мороз – начальник Политуправления ВВС. Андрей Антонович поинтересовался, какие у полка есть проблемы.
- Проблем нет. Полк готов выполнить любую боевую задачу, исходя из возможностей техники, - доложил командир полка без всякого пафоса.
Тогда министр также спокойно и тихо, как он вел с ним беседу, говорит:
- Полк поднять по боевой тревоге в полном составе, в том числе дежурное звено, дополнительно боеприпасы не загружать. Полк вывести в зону для получения задачи в воздухе. Наземный эшелон не двигать.
- Разрешите выполнять?
- Конечно, выполняйте.
Время пошло. Командир полка помчался на командный пункт управления
полетами, и уже через несколько секунд были слышны команды о подъеме полка по боевой тревоге.