* * *
Командир полка, как и подобает хозяину, приступил к своим обязанностям. Пропустив огромный КПП, он повернул в штаб полка. Варенникову было немного жаль, что не зашли на КПП – там было что посмотреть. Одни только места для сидения родителей со своими детьми-солдатиками чего стоят! Естественно, никто не собирался обходить все здания.
486
Группа остановилась в просторном вестибюле, представляющей собой зал с многомерной отделкой и мощной чеканкой, демонстрирующей батальные сцены. По центру у главной стены возвышался пьедестал, на котором было установлено боевое знамя полка, а рядом стоял часовой с автоматом. Просто красавец-солдат – рослый, плечистый, румяный, чернобровый и черноглазый. Намеренно напустив суровость на свое юное лицо, он смотрел куда-то мимо них.
Обстановка была торжественной и поневоле обязывала каждого отдать честь знамени. Из этого вестибюля можно было попасть к командиру полка. Командир полка пояснил, что у штаба есть еще один выход, которым пользуются в том случае, если надо попасть в какую-нибудь службу, техническую часть или к начальнику тыла полка. Но Владимир Васильевич как завороженный смотрел на солдата.
- Конечно, с часовым разговаривать не положено, - блеснул он знанием воинских уставов, - а хотелось бы с ним поговорить.
- У нас таких возможностей будет много, - успокоил его командир полка.
Далее все прошли к полковому солдатскому клубу. Название “клуб” к этому зданию абсолютно не подходило – оно его обедняло, принижало и даже обкрадывало. Внешне оно являло собой настоящее произведение современного архитектурного искусства: широкая, величественная, отделанная под мраморную крошку триумфальная лестница выводила к большой площади перед застекленным, на ширину лестницы, входом под огромным нарядным козырьком. Слева на глухой стене в красивом обрамлении – фигура солдата в каске, плащ-накидке, с автоматом в руках, выполненная из гнутого толстого металлического четырехгранника. А наверху разместились на равном расстоянии выполненные из особых материалов цветные ордена диаметром 2-2,5 метра
каждый: орден Ленина, два ордена Боевого Красного Знамени, орден Октябрьской революции и орден Суворова. Это ордена дивизии.
Зайдя в здание, попадаешь в просторный холл с зеркалами и люстрами. Здесь же большие гардеробы, курилки и другие подсобные помещения. Отсюда два прохода вели в зрительный зал и еще два – к лестнице на второй этаж. В зрительном зале можно фактически разместить весь полк сразу, а в полку без малого две тысячи человек. Зал – театрального типа, с огромной сценой и оркестровой ямой. За сценой – целый набор артистических комнат. На втором этаже библиотека, читальный зал, многочисленные комнаты для различных кружков, радиостудия, киноаппаратная и музыкальные комнаты для полкового оркестра.
Осмотрели только зрительный зал. Об остальном командир полка рассказал по схеме, сделанной специально для ориентации личного состава. Здесь же была и доска объявлений, где размещался месячный план работы клуба.
Владимир Васильевич обратил внимание на то, что клубом пользуются уже более года, а он выглядит так, будто лишь вчера введен в строй.
За клубом начинались учебные объекты – тир, полоса препятствий, учебный корпус с множеством различных классов, затем комбинат бытового обслуживания и все склады полка за исключением продовольственного, который размещался с тыловой стороны столовой.
В комбинате бытового обслуживания было все: солдатская баня, индивидуальная прачечная, парикмахерская, сапожная и портняжная мастерские и т.д.
Вернувшись назад, вы попадаете в медицинский пункт с небольшим стационаром. Наибольшее впечатление производил зубоврачебный кабинет.
- У нас в Киеве не в каждом районе найдешь такую поликлинику, - восхищался Щербицкий.
Посмотрев солдатские казармы, столовую, все направились к машинам. Владимиру Васильевичу понравилось все, что увидел, и он этого не скрывал.
487