перспектива. Пройдешь на Гавроша – это все. В институт примут без экзаменов. Правда, до института еще далеко! Но все равно – езжай! Только приведи себя в порядок, - и он провел рукой по его кудлатой голове.
Вернувшись в класс, он, спросив у Анны Ивановны разрешение, пошел на свое место. У доски кто-то стоял. Сосед по парте тут же набросился:
- Рассказывай!
- На перемене.
- Выкладывай все по порядку.
Валентин отбивался. Наконец, Анна Ивановна сделала Сергею замечание, попросила быть внимательным. Но весь класс смотрел в сторону Валентина – он был у завуча, да еще так долго. Прозвенел звонок, Анна Ивановна ушла. Все кинулись к Валентину.
- Что натворил? Что сказал завуч?
А когда Валентин сообщил сенсационную новость, интерес к Валентину разгорелся с новой силой. Все стали строить предположения. Звучали имена известных артистов, чаще всего – Игоря Ильинского.
Дома Валентин начал изучать себя в зеркало. Да, прав завуч – надо привести “внешность” в порядок. Большая копна волос, давно не видевшая парикмахера, делала лицо озорным. И коричневая косоворотка, которую носил, подпоясываясь, тоже не украшала.
Рассказал новости Клавдии Моисеевне. Она начала вздыхать и повторять:
- Что же делать? Что же делать?
Валентина всегда это раздражало.
- Ничего не надо делать. Придет отец – все решим.
Так и получилось. С занятий отец пришел вечером. После ужина, когда семья уселась поудобнее, отец велел рассказать, что Валентин и сделал, отдав ему при этом записку Елены Ивановны. Отец умел слушать: запоминал все детали, а когда собеседник заканчивал повествование – задавал вопросы. Вот и сейчас – выслушав, переспросил:
- Говоришь, завуч посоветовал привести себя в порядок.
Валентин подтвердил. Тогда отец объявил, что завтра после уроков Валентину первым делом нужно красиво подстричься. А Клавдии Моисеевне велел отутюжить его костюмчик и белую рубаху. Послезавтра Валентин должен отправиться на “Мосфильм”.
Парикмахер, приводя в порядок голову Валентина, ворчал:
- Запустил ты прическу. И машинкой не возьмешь. Тебя, парень, обкорнать надо наголо… Что молчишь-то?
Валентин сопел, но разговора не поддерживал. Когда пришел домой, все сказали хорошо. А вот отец, хотя и одобрил, все же выразил сомнение:
- Понравится ли прическа им?
И он как в воду смотрел. Когда Валентина разряженного, наутюженного, красиво подстриженного и тщательно причесанного привели к Елене Ивановне – она так и ахнула:
- Господи, что же ты наделал? Где твоя голова? Она нам нужна была такой, какой была…
Куда-то побежала, вернулась с теми двумя, что были с ней в школе. Они зашли и долго молчали. Затем сели, закурили. Один изрек:
- Да это все. Вот как бывает. Мы сами виноваты, что так получилось – не предупредили. Ждать, пока он отрастет – нет времени.
Все согласились. Валентин был подавлен – его артистическая карьера рухнула, не начавшись. Расстались они по-доброму. На прощание Валентину подарили какой-то альбом с фотографиями артистов.
Домой Валентин вернулся в слезах. Никому ничего не рассказывал. Дождавшись
52
отца, выложил ему все, как было. Отец, Валентину показалось, что даже обрадовался развязке:
- Вот и прекрасно. Надо окончить школу, а потом распоряжаться своей судьбой. Артист – хорошо, но инженер – еще лучше. Словом не горюй, все, что ни делается – к лучшему.
К счастью, следующий день был выходной, идти в школу не надо. Отец оставил свои занятия, и семья отправилась в зоопарк, который был рядом с академическим общежитием. Валентин сравнивал каждого очередного зверя со школьным завучем – он очень уж на него обозлился! Ведь это он подтолкнул к тому, чтобы обстричься. Конечно, досада была детской, мальчишеской. Потом все перегорело и улеглось. Вечером отец посоветовал:
- Если ребята будут донимать, скажи им, что не сошлись характерами, и ты отказался от предложения. Позже, когда учебный год закончился, расскажешь, как все случилось. Будет честно и благородно.
Так Валентин и поступил. Действительно, вопросов почти не было. Но в душе Валентина осталась горечь. Позже он видел этот фильм – “Гаврош”. Не помня фамилии мальчика, игравшего роль Гавроша, но исполнил он ее прекрасно.
В общем, артиста из Валентина не вышло. А кино он очень любил. И не только кино – искусство вообще.