наверное, убедилось, что беспомощный Тараки к хорошему не приведет.
- А у Вас с министром обороны на афганскую тему был разговор? – спросил Варенников.
- В том-то и дело, что у меня почти ежедневно идет обсуждение по Афганистану, но он, кажется, придерживается, прежних позиций. Хотя вчера мне говорит: “Не пойму, почему мы уперлись рогами в одно: войска вводить не будем? А что будем?”.
Но дальше этой фразы он не двинулся, хотя Варенников его не перебивал, давая возможность высказаться. Одно даже это, плюс то, что сказал Андропов, свидетельствует о степени брожения среди руководства. Возможно, у Андропова и Устинова уже был разговор на эту тему наедине.
- Но можно же с ним поговорить откровенно! Ведь Генштаб должен знать ту часть, которая может коснуться наших военных советников, и тем более наших Вооруженных Сил.
- Вы, наверное, почувствовали уже, что, к сожалению, у нас с Дмитрием Федоровичем отношения очень изменились – к худшему. Поэтому он, конечно, ничего мне не скажет. Тем более не будет откровенничать.
- На мой взгляд, ярко выраженных плохих отношений нет. А если что-то назревает, то можно было бы устранить первопричины, - заметил Варенников.
- Все не так просто. Эти первопричины повсюду, в том числе проявляются и за рубежом. Взгляните, что подкидывают иностранные журналы, - Николай Васильевич взял на столе уже развернутый журнал, кажется, это был “Штерн”, и, вынув из него два печатных листа, дал Варенникову, а сам отошел к окну.
У него была привычка - ходить по кабинету или подходить к окну – хоть глянуть: какая она, жизнь, у нормальных людей.
Варенников взял листы и быстро пробежал подчеркнутые строки. Речь там шла о том, что назначение Устинова министром обороны – это ошибка Брежнева, что уже прошло три года, как Устинов на одном посту, но никак себя не проявил и не проявит, и
что рядом с ним начальник Генштаба – это одаренный человек. Было сказано прямо: “Огарков – восходящая звезда”.
- Да, это мощная провокация, - нарушил Варенников молчание. – Она рассчитана на то, чтобы столкнуть министра с начальником Генштаба.
- Она уже столкнула. Мне принес это Петр Иванович Ивашутин (начальник Главного разведывательного управления Генштаба). Сообщил, что Дмитрий Федорович дал ему задание отыскать этот журнал, сделать перевод и доложить ему. Что и было сделано. Мне начать разговор на эту тему неудобно, а он молчит.
- Конечно, с характером нашего министра обороны устоять перед этой провокацией не просто.
- Да, если бы эти “сюрпризы” приходили только из-за рубежа… У нас в Генштабе на втором и третьем этажах тоже есть их “любители”. Имеются таковые и среди кремлевских фигур.
Варенников начал прикидывать – кто же в здании Генштаба мог настраивать Дмитрия Федоровича Устинова против Огаркова.
На втором этаже располагаются сам министр обороны, два его помощника, канцелярия министра, а также два первых заместителя министра обороны – маршал В.Г. Куликов, он же Главком ОВС стран ВД и С.Л. Соколов. Все. Больше никого на этом этаже не было. Разумеется, помощники министра просто по своему положению обязаны подпевать своему шефу и вздыхать вместе с ним. Что же касается Куликова и Соколова, то Варенников в тот момент, конечно же, не мог их подозревать в антиогарковских деяниях. А на третьем этаже находились начальник Генштаба, его помощники и канцелярия, первый заместитель начальника Генштаба генерал армии С.Ф. Ахромеев и
508