* * *
После вечернего заседания Политбюро Устинов, не заезжая в Генштаб, отправился на дачу, но из машины позвонил Огаркову и сказал, что решение осталось в силе – войска надо отводить. Естественно, по телефону много не скажешь, но, как рассказал Николай Васильевич, уже утром следующего дня будет полностью оформлено решение. Учитывая такой оборот, и не теряя последней надежды, они договорились с Огарковым с утра представить министру обороны все документы, подробно растолковать ему всю обстановку и убедить, чтобы он доложил на Политбюро мнение военных, начиная от военного советника в Анголе и до министра обороны СССР, едино – надо сражаться за интересы молодой республики и лозунг должен быть один – ни шагу назад!
Так и сделали. Утром Варенников, захватив документы, еще до приезда министра сидел в его приемной и ждал. Как только Устинов подъехал, подошел начальник Генштаба, и они вдвоем вошли к министру. Огарков спокойно, как будто никаких обострений не было, сказал:
- Дмитрий Федорович, как Вы и ориентировали нас, сегодня утром должно объявляться окончательное решение по Анголе. В связи с этим просим Вас взять с собой на заседание вот эти документы, содержание которых мы сейчас доложим.
Документы были весьма наглядны и убедительны. Около часа они подробно докладывали их содержание и самое главное – как с ними обращаться. Дмитрий Федорович заинтересовался и даже задавал вопросы, что уже говорило о том, что он может их материалами воспользоваться. Особенно важно было продемонстрировать на Политбюро карту, на которой были нанесены противостоящие группировки и наглядно
529
продемонстрирован их состав, ближайшие резервы, размер района, который предлагается отдать противнику без боя, и что в связи с этим можно потерять Анголу.
Министр обороны отправился на заседание, а Варенников с Огарковым – к себе, и стали ждать решения. Но долго томиться не пришлось – буквально через час Устинов
вернулся. Его помощники позвонили им и сообщили, что министр вызывает их обоих. Они зашли в приемную. Из кабинета вышел помощник министра, пригласил их войти. Устинов, ожидая их появления, изготовился к действиям. Когда они вошли, он взял пачку документов, которыми они снабдили его перед заседанием, подошел к торцу стола и с силой бросил эту пачку на стол так, что она рассыпалась по всему столу, а несколько
листов упало на пол. Никто не пошевелился. Тут министр, не выбирая выражений, буквально обрушился на них:
- Вы вечно… (дальше следовало то, что Варенников ни разу не слышал от него, и ему это даже не шло) упрямо настаиваете на своем мнении вопреки здравому смыслу. Это Вы, - Устинов угрожающе мотал пальцами в сторону Варенникова, - затеял эту кашу с Анголой! Раз затеяли, то сами и расхлебывайте. Сегодня вылетайте в Анголу и доводите все до конца.
- Есть, товарищ министр обороны, вылетать в Анголу! – с удовольствием повторил
Варенников распоряжение Устинова, как приказ для исполнения. Но он умышленно не сказал “сегодня”, потому что такой срочный вывод надо все равно готовить сутки.
Зашел адъютант Устинова, собрал все документы. Огарков остался, а Варенников ушел к себе. Тут же дозвонился до Курочкина в Луанду, рассказал обстановку и попросил, чтобы министр обороны Анголы отдал распоряжение “стоять насмерть!”. Сообщил, что через полтора-двое суток будут в Луанде. Варенников предупредил кубинских друзей, чтобы они не настаивали на отводе войск до его приезда.
Потом занялся непосредственно командировкой. Первым делом набросал задание
самому себе. Затем поручил заместителю начальника ГОУ собрать ему команду из девяти человек, перечислил вопросы, которые будет решать (команду собрал под задачи). Отдал распоряжение в Главный штаб ВВС о полете чартерного рейса на завтра, а, возможно, и раньше. Одновременно по этому вопросу заготовил в Анголу телеграмму за подписью начальника Генштаба, после обеда утвердил у Огаркова все документы и начал конкретно готовиться к поездке, в основном изучал справки всех видов.
* * *
И на этот раз Варенников летел по тому же маршруту и тоже в ночное время, и опять его в Алжире среди ночи встречал наш посол В.Н. Таратута. В Луанде встретился с нашим послом А.Ю. Калининым, Главным военным советником генералом К.Я. Курочкиным и командующим кубинской группы войск генералом Поло. Здесь же на аэродроме, по просьбе кубинцев, Варенников дал согласие приехать к ним уже сегодня во второй половине дня. Ему же они сообщили, что накануне вечером, в связи с его предстоящим прилетом в Анголу, из Гаваны прибыл куратор военных товарищей Рискет.
Генерал Поло уехал готовить встречу, а они втроем (посол, Курочкин и Варенников), расхаживая по перрону, беседовали о сложившейся ситуации. Варенников рассказал товарищам о возникших противоречиях и о том, что они намерены все-таки убедить кубинцев (анголян убеждать не надо – они и так все поняли) отводить войска нецелесообразно. Посол категорически поддержал Варенникова, сказав при этом, что отвод нанесет огромный ущерб моральному духу населения.
Приехав в резиденцию Главного военного советника, они обсудили сложившуюся ситуацию с его аппаратом и условились о своих действиях. Договорились также, что через
530