540
Руководство нашей страны приняло решение направить в Эфиопию военную
делегацию, которую поручено было возглавить Варенникову. Задача – разобраться в обстановке и подтолкнуть Менгисту к миру.
В ходе работы до полного представления картины об обстановке в стране Варенников побывал во всех трех армиях (две из которых вели боевые действия), в резервных соединениях, на основной базе ВВС, на ВМБ и проехал вдоль западного побережья Красного моря от порта Массаура (побывал у наших моряков на острове
Дахлак) до порта Асэбу, от которого вела прямая дорога в Аддис-Абеби.
Эта довольно сложная поездка потребовалась Варенникову еще и для того, чтобы осмотреть расположенные здесь склады боеприпасов (а их было много) и арсеналы. И Варенников действительно их полностью осмотрел и не выборочно, а в полном объеме, все основные хранилища боевой техники, вооружения, военного имущества и боеприпасов. Все, что мог, с помощью помощников посчитал. Это было очень важно, так как в телеграммах Менгисту говорилось, что у них почти ничего нет, склады пустые, и если вдруг потребуется что-то подать для войск, то они этого сделать не смогут. А даже грубые подсчеты, как и данные Главного военного советника, говорили о другом. В связи с этим возникала мысль, что определенные военные круги эфиопской армии, желая оправдать свое поражение в бою отсутствием оружия и боеприпасов, могли вводить Менгисту в заблуждение (если это не его собственное “творчество”). Чтобы все поставить на свое место, были предложены некоторые шаги. Были осмотрены и военно-учебные заведения.
Поездка советских представителей началась с севера, то есть с Асмари, где 2-ая Революционная армия вела боевые действия с сепаратистами Эфиопии.
Сложное положение эфиопских ВС состояло в том, что буквально за два месяца до приезда комиссии Менгисту арестовал и расстрелял более 600 офицеров. Это в основном коснулось генералов и полковников. Это были в основном те, которые были недовольны Менгисту и выступили против него.
Во 2-ой армии фактически было обезглавлено все – сама армия, все дивизии, бригады, полки и даже некоторые батальоны.
После очередного визита к Менгисту комиссия отправилась в 3-ю армию, базировавшуюся в провинции Тигре. Вначале встретились на границе провинции с недавно назначенным начальником Генштаба, который до этого занимал пост командующего ВВС (прежний начальник Генштаба возглавлял выступление против президента, был арестован и расстрелян).
В штабе армии их уже ждали. Здесь хорошо была слышна артиллерийская стрельба. Заслушав обстановку по карте, Варенников предложил выехать в две-три части, которые сейчас ведут бой.
В воинские части отправились на трех бронетранспортерах с крупнокалиберными автоматическими пушками. Вначале Варенников высказал мнение, что “Шилки” можно было бы и не брать – это средство ПВО, а у противника авиации нет. Но его убедили, что наземный противник боится “Шилки” больше танка.
Они двинулись в путь.
Условия боевых действий были сложными. Они проходили на всхолмленном плато, редко поросшем высоким колючим кустарником. Под ногами галька, спрессованная с песком. Солнце безжалостно жжет всех. Воды, как всегда в таких условиях, недостает. Все – и черные эфиопы, и белые советники – еще больше почернели от копоти, пыли и нещадного солнца.
К моменту приезда комиссии часть, в которую они попали, уже дважды отразила атаку повстанцев. И сейчас шла вялая артиллерийская перестрелка.
В течение двух часов комиссия вместе с начальником Генштаба подготовили
541
контратаку, которая должна начинаться сразу, как только противник перейдет в
очередную атаку.
Подготовили и эскадрилью штурмовиков с полетным временем 18-20 минут
Получилось как нельзя лучше. Противник начал массированный огневой налет – явный признак подготовки к атаке. Начальник штаба вызвал авиацию. Артиллерия открыла огонь по батареям противника. Через 15 минут сепаратисты перешли в атаку.
Артиллерия перенесла огонь по атакующей пехоте, а авиация нанесла бомбоштурмовые
удары по артиллерии противника. Танки пошли в контратаку. Как только они миновали свой передний край, пехота поднялась, и прикрываемая броней танков, тоже перешла в контратаку. Танки с ходу открыли огонь из орудий и минометов.
Пехота противника остановилась и залегла. Затем помчалась обратно на свои позиции. Еще два километра шло преследование. Противник практически был рассеян.
Варенников предложил начальнику Генштаба закрепиться на рубеже захваченных позиций противника, создать здесь оборону и одновременно начать переговоры с сепаратистами.
Переехав в соседнее соединение, Варенников увидел совершенно другую картину. Укомплектованность частей здесь была крайне недостаточной. Никаких резервов нет. Моральный дух личного состава низкий. При первом ударе противника они могли побежать и тем самым открыть дорогу на Аддис-Абеби и в тыл тем соединениям, которые удерживали свои рубежи.
В связи с этим Варенников посоветовал начальнику Генштаба, чтобы тот сосредоточил всю боевую авиацию на этом направлении, она будет постоянно с максимальным напряжением наносить бомбоштурмовые удары по войскам сепаратистов. Одновременно рекомендовал, как минимум два соединения из 1-ой армии, перебросить на Тигренское направление.
Последующие события показали правильность этого решения. Переброшенные на это направление эти соединения плюс эффективные действия боевой авиации охладили пыл экстремистов. Предложение же о прекращении огня и пресечении братоубийственной войны, сделанные по различным каналам, окончательно их остановили и заставили идти на переговоры.
Наконец, 1-ая армия, в отличие от двух других, находилась в “оранжерейных” условиях – никаких боев, никакой стрельбы, все тихо и спокойно. Что касается укомплектованности армии, то здесь никаких недостатков нет. Необходимые запасы имелись.
Вернувшись в столицу, группа Варенникова выполнила все оставшиеся в их плане мероприятия, в том числе посетила базу ВВС, училище, а также ряд центральных объектов хранения вооружения и боеприпасов. К сожалению, кроме хороших моментов, были и неприятные, связанные главным образом с морально-нравственными “вывихами”. Варенников заметил, что армиям старались навязать, что они слабо обеспечены вооружением и боеприпасами. При этом прибегали к неприличным методам – перебрасывали свое имущество из той части, куда его группа должна была ехать, в ту часть, где они уже побывали. В связи с этим Варенников распорядился, чтобы офицеры Главного военного советника не спускали глаз с центральных складов и арсеналов. Это, конечно, комиссию не украшало. Но еще хуже выглядели руководители тыла эфиопской армии, которые занимались так очковтирательством.
Вечером, накануне поездки по центральным складам, они уточнили с генералом – начальником тыла ВС (кстати, он же был временно исполняющий обязанности министр обороны, так как после массового расстрела новый еще не был назначен) порядок посещения этих объектов, согласовав его одновременно с поездками по военно-учебным заведениям и другим учреждениям (то есть, чтобы не проезжать один и тот же маршрут
542