* * *
Наконец, пришло время подводить итоги. С учетом полученного Варенниковым задания в Москве и принимая во внимание ситуацию, с которой он встретился на месте, ему надо было решить две принципиальные задачи: убедить Менгисту, что только политическим путем – путем переговоров и компромиссов – можно решить задачу выхода из тупика в войне с сепаратистами. Это первое. И второе – показать Менгисту, что его непомерные запросы по оказанию помощи Эфиопии оружием, боевой техникой и боеприпасами не вызывается сложившейся обстановкой и уровнем оснащенности эфиопской армии. Хотя самым главным он считал – без дипломатии объясниться с Менгисту начистоту.
Поэтому во время последней встречи с Менгисту Варенников сказал ему следующее:
- Мы констатируем, что военно-политическая обстановка в Эфиопии по-прежнему остается сложной. Наша группа подтверждает целесообразность рекомендации советского руководства о необходимости отыскания политического пути разрядки обстановки, осложнение которой наступило по причине упорного нежелания руководства Эфиопии переоценить отношения с оппозицией и пойти по пути соглашений.
О результатах визита в Эфиопию делегации Министерства обороны СССР было официально, письмом, доложено министром обороны маршалом Дмитрием Тимофеевичем Язовым в ЦК КПСС 1-го сентября 1989-го года.
* * *
Помимо командировок, как внутри государства, так и за границу, была текущая
543
работа в Генштабе. Однако, несмотря на невероятную загруженность, Варенников явился
инициатором строительства спортивного зала для Генерального штаба – переоборудовали
помещение бывших конюшен в Хамовниках.
Как-то в воскресенье утром Варенников поехал не в Генштаб, как обычно, а на стройку, рассчитывая к 10 часам управиться и прибыть к себе на службу. На стройке он немного задержался, и начальник Генштаба Н.В. Огарков знал, где Варенников находится.
Когда Варенников еще находился на объекте, вдруг из машины прибегает водитель и докладывает, что дежурный генерал по центральному командному пункту Генштаба (ЦКП) просит срочно подойти к аппарату. Варенников подошел к машине, взял трубку:
- Слушаю Вас.
- Товарищ генерал армии, прибыл министр обороны и разыскивает Вас.
- Вы доложили ему, что я нахожусь здесь?
- Так точно. После этого он приказал, чтобы Вы немедленно прибыли.
Варенников приезжает в Генштаб, поднимается к себе, звонит Устинову.
- Товарищ министр обороны, докладывает генерал Варенников. По Вашему приказу прибыл в Генштаб, и нахожусь на своем рабочем месте.
- Где Вы были?
- Товарищ министр, я был в Хамовниках. Мы там переоборудовали конюшни под спортивный зал для офицеров Генерального штаба.
- Для какого еще Генерального штаба? – взорвался министр. – Что Вы выдумываете? Есть Министерство обороны, которое имеет целый спортивный комплекс на Ленинградском проспекте. Называется ЦСКА – Центральный спортивный клуб армии. Слышали о таком? Так вот, там все военные и занимаются. Там должны заниматься и военные Генштаба. Он тоже входит в Министерство обороны, и никаких отдельных спортивных залов. Ясно?
Варенников знал отношения начальника Генштаба Н.В. Огаркова и Министра обороны Д.Ф. Устинова. Но личная их неприязнь уже захватила весь Генштаб. “Ваш Генштаб” - слова министра, в которых просматривается как будто бы Генштаб и не его.
Тем не менее, Варенников ответил ему спокойно:
- Ясно.
Через некоторое время звонит Огарков:
- Что там за переполох с утра, да еще в воскресенье?
Видно, министр обороны уже переговорил и с ним. Варенников подробно доложил, что произошло.
- Какие-нибудь служебные вопросы поднимались? Задачи какие-нибудь Дмитрий Федорович ставил? – поинтересовался Огарков.
- Да нет.
- Надо поспрашивать у помощников министра, возможно, они знают. Просто так он бы не звонил.
- Есть. Разберусь и доложу.
Варенников звонит Илларионову. Тот говорит, что ни о чем министр не спрашивал, ничем не интересовался. Странно. Но ведь Огарков прав – министр не стал бы попросту звонить, значит, у него были какие-то вопросы.
Варенников вызывает к телефону дежурного по центральному командному пункту:
- Воспроизведите еще раз точно разговор с министром обороны, когда он прибыл в Генштаб.
- Министр обороны звонит мне по прямой связи и спрашивает, какая обстановка. Я докладываю, что в Вооруженных Силах и в стране в целом все нормально, происшествий не произошло. Боевое дежурство сил и средств несется бдительно, все находится на контроле. В мире все спокойно.
544
- И все? – переспрашивает его Варенников.
- Затем министр обороны спрашивает: “Кто есть в Генштабе из руководства?”.
Дежурный ответил, что первым сегодня прибыл Варенников и ушел на стройку, а маршалы Огарков и Соколов уже должны скоро подъехать. Ахромеев вызвал машину. Тогда министр обороны переспросил: “На какую стройку?”.
В конце концов, оказалось, что действительно его возмутило именно только то, что для Генштаба делается небольшой спортивный комплекс неподалеку от рабочего места. Здесь каждое управление Генштаба могло отлично заниматься дважды в неделю по два
часа. Спортивный зал открывался в 8 утра и закрывался в 22 часа, а в субботу был открыт для всех желающих.
Варенников переговорил с Николаем Васильевичем и попросил в личном разговоре убедить министра, что Генштабу совсем неплохо иметь рядом такой объект, и попросить также, чтобы он снял свое вето. Тем более что спортивный комплекс уже готов. Огарков без особого желания согласился переговорить. Через несколько дней сказал Варенникову, что министр обороны согласился с Хамовниками, но предупредил, чтобы Генштаб больше ничего для себя не выдумывал.