совпадали с Вашим пожеланием, шла дискуссия. Все документы, которые
разрабатывались мною или под моим руководством, и особенно по строительству, развитию и применению Вооруженных сил, всегда одобрялись начальником Генштаба и утверждались Вами без поправок. Капитально проводились теоретические исследования и создание регламентирующих документов. Все учения, маневры, тренировки руководящего состава, научно-практические конференции, проверки – также проходили на должном уровне. Все наши связи с промышленностью, непосредственные контакты с конструкторами, бюро, генеральными и главными конструкторами, начиная от академика Семенихина, Вами всегда поощрялись. Наши зарубежные поездки, в том числе и с моим участием или под моим руководством, каждый раз по итогам одобрялись. А что касается отработки предложений “пятерки” для руководства страны, документов на Совет обороны и лично Вам для заседаний Политбюро, то все выглядело нормально. Особенно мне хотелось обратить Ваше внимание на то, что старались всегда вооружить Вас самыми последними и достоверными данными по обстановке в Афганистане, Анголе, Мозамбике, Эфиопии, Никарагуа и другим напряженным регионам. У нас были, на мой взгляд, достаточно надежные отношения со всеми министерствами и ведомствами страны, а также со странами Варшавского Договора и их Вооруженными Силами.
Непосредственно этим занималось Главное оперативное управление.
Товарищ министр обороны, мне можно было бы еще долго перечислять, в решении каких проблем участвовало ГОУ ГШ, и я как его начальник. Но хотелось бы еще раз подчеркнуть, что по работе в ГОУ в целом и по моей лично работе никто никогда претензий не имел.
Поэтому, товарищ министр обороны, полагаю, я вправе считать, что в течение пяти лет выполнил возложенные на меня обязанности. А что касается военного округа, куда я прошусь, то у меня навык работы в этой должности есть достаточный и положительный. Если такое решение состоится – я буду благодарен. А если еще мне будет позволено высказать свои пожелания конкретно, то я буду благодарен вдвойне.
Варенников мог бы продолжить еще, но решил закруглиться, потому что почувствовал: надо кончать. И не ошибся.
- Да, Вы правы. В основном. Но со своей благодарностью Вам надо повременить. Никуда Вы не поедете. Будете работать в Генштабе. Вас назначат на освобожденную должность первого заместителя начальника Генерального штаба, а вместо Вас на ГОУ поставят другого генерала, но уже будет не первый заместитель начальника Генштаба, а просто – заместитель. Надо еще поработать здесь год – максимум полтора. Я обещаю вернуться к этому вопросу.
Причины Варенникову были ясны – какой бы опыт генштабовской работы ни был у С.Ф. Ахромеева, ему, конечно, нужна опора. Уход Н.В. Огаркова и немедленный уход Варенникова, появление на ГОУ генерала, который должен еще привыкать к этой сложной работе, могут на делах отразиться негативно. Тем более что уже год, как они распрощались с генерал-полковником И.Г. Николаевым. А он был не просто высоким авторитетом, но и высокого класса генштабовским специалистом.
Понимая все это, но самое главное – удивительно полярно измененный тон разговора – переход от резкого и агрессивного – “и я был против Вашего назначения” – к лояльно уважительному “надо еще год поработать… Я обещаю вернуться к этому вопросу” – конечно, подействовал и вынудил Варенникова согласиться.
Разговор был окончен. Они распрощались. Перед уходом Варенникова Устинов сказал:
- Надо, чтобы все было в порядке…
- Я Вас понял.
- Постарайтесь.
550