* * *
Первоначально мыслилось иметь в Афганистане войско до 35-40 тысяч человек. Затем в ходе подготовки и разбора возможных задач эта цифра подскочила до 50 тысяч человек. В Генштабе существовало твердое убеждение, что это количество должно быть предельным. Однако через некоторое время руководитель Министерства обороны в Афганистане (или как еще называли это представительство – Оперативная группа МО СССР) маршал С.Л. Соколов начал ставить перед Москвой вопрос об увеличении количества наших войск. Поездки Варенникова с группой Генштаба в 1980-1984-ых годах на короткое время не давали возможности детально ознакомиться с обстановкой. Да и было бы просто неэтично что-то изучать в условиях, когда в Афганистане присутствует Оперативная группа Министерства обороны во главе с первым заместителем министра обороны СССР маршалом С.Л. Соколовым и первым заместителем начальника Генштаба ВС генералом армии С.Ф. Ахромеевым. Правда, Варенников наезжал в Афганистан в то время, когда они оба, а также основные силы опергруппы улетали в Москву на один-два месяца (а затем обратно возвращались) и это ему не позволяло заниматься углубленной работой. Такие действия могли быть расценены, как ревизия, недоверие опергруппе. А к тому “букету” разногласий, которые существовали между министром обороны и начальником Генштаба, добавлять еще афганские проблемы было просто недопустимо.
552
Но даже недельное или двухнедельное пребывание в этой стране в наших войсках
позволяло делать некоторые общие выводы. Например, о количественном составе 40-ой армии. На взгляд Варенникова, в начальный период войны его едва хватало на охрану основных объектов Афганистана (в том числе главных магистралей), своих гарнизонов и проведение ограниченных боевых действий по перехвату караванов из Пакистана (оружия) и операций по ликвидации совместно с правительственными войсками опасных скоплений мятежников.
Учитывая это, естественно, при первом же заявлении Сергея Леонидовича Соколова о том, что надо увеличить количество на 20-25 тысяч, Варенников попросил Н.В. Огаркова переговорить с Соколовым или Ахромеевым и убедить их, что этого делать нежелательно. Но Огарков категорически отказался. Затем, подумав, добавил:
- Это же бесполезно. Как и бесполезно обращаться с этим к министру обороны
. - Если Вы не возражаете, я сам позвоню Сергею Леонидовичу.
- Возражений нет, - сказал Огарков и, печально улыбнувшись, заключил: - Я уже сейчас представляю, чем кончится разговор.
После этого Варенников позвонил в Кабул. С маршалом С.Л. Соколовым соединили сразу. После приветствия Варенников без предисловий перешел к делу:
- Товарищ маршал, как мы поняли, возник вопрос об увеличении количества войск в составе 40-ой армии.
- Ну, так что?
- Для нас было бы идеальным вариантом, если бы численность наших войск в Афганистане не увеличилась. Тем более что 50 тысяч по нашим расчетам могут обеспечить выполнение того перечня задач, какие возложены не 40-ую армию сегодня.
- Конечно, тебе на Арбате виднее, чем мне в Афганистане: что нам надо и сколько надо для выполнения поставленных задач.
- Зачем же так ставить вопрос? Ведь в конечном итоге мы же, надеюсь, не собираемся пребывать в Афганистане десять лет?
- Я знаю, что делаю.
* * *
На том они распрощались. Да, Огарков был прав – не следовало на эту тему затевать разговор с Соколовым. Появилась только лишняя тень. Огарков решил не звонить, а кратко доложить за обедом, тем более что время подталкивало в столовую. Идут в столовую, а Николай Васильевич уже с В.В. Шабановым (заместителем министра обороны по вооружению) занимаются трапезой и что-то обсуждают. Варенников подсел и приступил к еде, обдумывая, как лучше преподнести состоявшийся с Соколовым разговор, и надо ли вообще говорить об этом в присутствии Шабанова. Вдруг Николай Васильевич обращается к Варенникову:
- Я же говорил! Это была бесполезная затея. Вы не успели закончить разговор с
Соколовым, как мне уже звонит министр и раздраженным тоном спрашивает: “Что там у вас Варенников носится с какими-то идеями о моратории по количественному составу
40-ой армии? Он что, не знает, что армия воюет и ей надо столько сил, сколько требует обстановка!” Я его, конечно, успокоил, и сказал, что Варенников хотел только посоветоваться.
- Это же все произошло при мне, - включился Шабанов. – Когда звонил Соколов, я был у Устинова, и министр все возмущался: “Вечно этот Генштаб…”.
- В общем, - подвел итог Огарков, - сегодня к исходу дня я должен доложить
министру обороны предложения по увеличению численности 40-ой армии до 75-80 тысяч.
553