577
* * *
Заложив все основы будущей работы – а главное – решив создать свою основную базу в Овруче, Варенников отправился в Москву. Доложил начальнику Генштаба, что имеет уже общее представление о состоянии дел (ни министр обороны, ни начальник Генштаба к этому времени в Чернобыле еще не бывали). Кстати, Ахромеев там так и не появился, а Соколов приезжал на один день в июне или июле месяце. Доложил также, как он представляет себе стоящую задачу и методы ее выполнения – а они для него были на поверхности, никто их ему не ставил, да и ставить их не надо было.
Итак, на его взгляд, необходимо определиться (как шаги первостепенной важности):
Во-первых, ежедневное ведение воздушной и наземной радиационной разведки в районе станции и прилегающего промышленного складского района.
Во-вторых, постоянное проведение радиационного и дозиметрического контроля среди личного состава.
В-третьих, организация дезактивации сооружений и территории АЭС.
В-четвертых, то же самое, но в 30 километровой зоне.
В-пятых, провести обустройство всех прибывающих в район катастрофы войск для ликвидации последствий аварии.
Решая вопросы дезактивации сооружений и территории АЭС, необходимо было искать пути изолирования реактора и сбор разбросанных по плоским крышам зданий АЭС излучающих тел и других опасных элементов.
Нужно было строить подстилку (под разрушенный реактор) размерами 30 на 30 метров и толщиной 2,5 метра. Это был тяжелый труд. Строили группы военных под руководством подполковника Бельченко.
Кроме того, военным обязаны были создать дезактивационные пункты при выезде из АЭС и вторично – из 10-километровой зоны.
Далее нужно было содействовать гражданским органам, в организации эвакуации,
в поддержании порядка и недопущения мародерства в районах, где население
эвакуировано.
Наконец, особую важность представляла проблема защиты водных ресурсов от радиоактивного заражения.
* * *
Утром 24-го мая Варенников вылетел из Москвы в Чернобыль с основным составом оперативной группы и руководством научного центра.
В состав оперативной группы входили: генерал-лейтенант Г.С. Стародубцев, генерал-лейтенант А.Д. Кунцевич, генерал-майор Г.В. Прокопчук, генерал-майор С.Н. Ляховидов, полковник В.С. Трушнов.
В числе научного центра, кроме его руководителей – генералов А.К. Федорова, Б.П. Дутова и полковника Р.Ф. Разуванова, летели лица технического состава, взятые в основном из Института гражданской обороны и частично – института химических войск. С их помощью уже с первых дней можно было наладить делопроизводство, издание документов, дежурство, передачу и принятие распоряжений, информации и т.п.
Они приземлились на военном аэродроме Овруч. Проехали в город и, показав вместе с командованием дивизии место расположения научного центра его
578
руководителям, Варенников вернулся на аэродром, пересел на поджидавший там вертолет и отправился в Чернобыль. Полет занял 10 минут.
* * *
На вертолетной площадке в Чернобыле уже было оживление – люди, машины, мотоциклы и даже велосипеды. У многих на шее белел упрощенный фильтр воздуха – при необходимости (если поднималась пыль или в особо опасной зоне) маска из бинта и ваты быстро натягивалась на рот и под нос, которая гарантировала от попадания частиц изотопов урана, плутония, стронция и т.д. в легкие. Конечно, они многих спасли, но, к сожалению, помогли не всем. Так же как и свинцовые листы на полу вертолета: хоть они и были толщиной в палец, а дозиметр во время полета над АЭС показывал 10-15 рентген/час.
С вертолетной площадки отправились в здание, где уже располагались военные – генерал армии И.А. Герасимов со своей группой, группа генерал-полковника В.К. Пикалова, военные летчики, инженеры, связисты, строители и т.д.
Сам В.К. Пикалов болел и находился в Москве. О том, что себя плохо чувствует И.А. Герасимов, Варенников узнал от него лично. Видно, тоже подхватил большую дозу облучения.
Заслушав все представительства МО о состоянии дел, о решении задач, и особенно о проблемах, Варенников хорошо “вооружился” к совещанию у председателя Правительственной комиссии, где и выступил с конкретными предложениями по улучшению взаимодействия группы МО, держателем основных сил и средств на тот час. С другими министерствами и ведомствами многие работы выполнялись или совместно, или только силами МО по заказу другого министерства. В этот раз на совещании у И.С. Силаева Варенникову довелось познакомиться со всеми. Варенников сообщил им, что любой вопрос, любую проблему нужно передать ему в Оперативную группу и через каждые два часа он будет звонить туда, и будет получать информацию.
На совещание к председателю комиссии Варенников взял генерала Кунцевича и полковника Разуванова. Сразу после совещания они отправлялись на АЭС. Во всех административных ролях в то время на станции выступало одно лицо – главный инженер АЭС Штремберг. Он кратко, в популярной форме рассказал, как они дожили до такой жизни. Оказалось, что дежурная смена инженеров решила провести эксперимент (кстати, с этой идеей носились давно). Суть его сводилась к тому, что они хотели определить наивысшие параметры напряжения работы реакторов, при котором можно максимально снимать количество электроэнергии.
Главный инженер с удовольствием сопровождал их по всем блокам. В огромном, очень душном светлом зале на равном удалении стояли реакторы, а перед ними рядом – турбины. Все строго, аккуратно и понятно.
Четвертый блок уже был бутафорно отгорожен. Поэтому они туда зашли особо. Главный инженер поставил их на площадке, откуда было видно все, и сказал: “Не задерживайтесь. Идет излучение в несколько сот рентген в час”. Сам встал в каменный простенок. А через 20-30 секунд сказал: “Надо идти”. И они тронулись в обратный путь.
Дорогой Варенников думал об увиденном и о создании защиты для тех, кто будет здесь работать по ликвидации кратера, о создании роботов для сбора особо опасных элементов на территории АЭС. Угадывая его мысли, главный инженер по мере их движения к его кабинету стал высказывать свои соображения: “Если мы не уберем куски твел и других элементов на земле вокруг станции, мы ничего не сможем сделать”. В этом духе они говорили еще минут 15, уже находясь в кабинете. Варенников сказал, что усвоил все и
579