* * *
Как-то в очередной раз в Кабул прилетел министр иностранных дел Шеварднадзе (в другие города Афганистана, в отличие от председателя КГБ В.А. Крючкова, он не ездил) и сообщил Оперативной группе, что в Женеве намечается встреча с американцами с целью выработки соглашения на предмет вывода наших войск из Афганистана. У многих возник вопрос: “В связи с чем эта проблема должна обсуждаться с США? Это ведь наш вопрос”. Министр отвечал долго и витиевато, но ничего убедительного сказать не мог. Тогда Варенников поставил перед ним категорические условия, хотя вроде и не тактично было говорить в таком тоне, а тем более ставить какие-то условия министру другого ведомства, да еще в области, которая их, военных, касалась побочно. Однако Варенников все-таки высказался:
- Если руководством СССР было принято решение подключить к проблеме вывода наших войск и американцев с пакистанцами, то, на взгляд военных, в этом соглашении необходимо оговорить определенные позиции, хотя все советские представительства в
Афганистане считали, что вывод 40-ой армии можно было бы провести и без участия
592
каких-то посредников так же, как и ввод проводился без них.
- Какие позиции, Вы считаете, надо оговорить? – спросил Шеварднадзе, опуская вторую часть высказывания Варенникова.
- В принципе и США, и Пакистан, коль они включены в процесс обсуждения вывода наших войск, должны нести свою ношу и разделять ответственность за стабилизацию обстановки в Афганистане.
- Вы конкретнее! – бросил Шеварднадзе.
- Вывод советских войск из Афганистана не может рассматриваться в отрыве от возможного развития событий в этом регионе. Все, кто заинтересован в стабилизации обстановки, обязаны предпринять шаги, позволяющие полностью погасить боевые действия на всей территории Афганистана и вернуть народу этой страны мир. Что касается конкретных шагов, то они, на взгляд Варенникова, должны носить в себе следующее. Во-первых, одновременно с выводом определенной советской воинской части из Афганистана на территории Пакистана ликвидируется один из объектов оппозиции типа арсенала, склада боеприпасов или другого военного имущества, центра подготовки моджахедов, командного пункта и т.п. Сделать это просто, так как у нас есть перечень этих объектов и их координаты. Кстати, на территории Афганистана насчитывается 183 наших военных городка, а подобных им объектов оппозиции на территории Пакистана – 181 единица.
Во-вторых, действия, изложенные в пункте первом, могут быть не синхронными, а с корректировкой по времени, но не более месяца. То есть после вывода нашей части оппозиция вправе ликвидировать свой объект в течение месяца, что должно быть
отражено в соглашении или другом официальном документе.
В-третьих, за действиями той и другой стороны должен осуществляться контроль со стороны соответствующего органа ООН, у которого должна быть схема всех объектов и хотя бы на месяц вперед план вывода войск или ликвидации объектов.
В-четвертых, вывод советских войск из Афганистана должен быть разбит на два этапа, а между этапами должна быть пауза не менее полугода. После первого этапа необходимо будет подвести всесторонние итоги, в течение же паузы приучить к режиму самостоятельной жизни там, откуда выведены наши войска.
В-пятых, средства массовой информации должны широко освещать порядок выполнения плана по обе стороны.
Шеварднадзе внимательно выслушал заявление Варенникова, а также выступления других наших товарищей, поддержавших его, и сказал, что в этом есть резон и что они постараются это учесть. В то же время дал понять, что из всех перечисленных вопросов, самое главное – это, конечно, вывод наших войск. Чувствуя в его словах определенный подтекст, Варенников продолжил свою мысль.
В итоге их непростого разговора они все-таки поняли, что министром Шеварднадзе предложение Варенникова, кажется, принято.