* * *
В конце сентября Варенникову доложили, что в первой декаде октября можно встретиться с посланцем Джелалуддина. В условленное время Варенников прилетел в Гердез. Разведчики доложили, что с наступлением темноты они приведут посланца в дом, стоящий рядом с их 56-ой десантно-штурмовой бригадой. Отправляясь в назначенный пункт, Варенников предупредил разведчиков, чтобы они не вздумали обыскивать его будущего собеседника: этим действием можно сорвать все.
Разумеется, организовать такую встречу было не просто, и, прождав несколько часов, Варенников уже готов был терять надежду. Однако посланец пришел. Встреча состоялась ночью. Разговор был деловой, в ровном тоне. Собеседник оказался близким родственником Джелалуддина, а это много значило. Они обсудили буквально все возможные вопросы. Наконец договорились, что встречаются с ним через два дня. Он должен принести ответ. Однако перед расставанием собеседник, как бы между прочим, заявил, что от Джелалуддина зависит не все – важнее позиция авторитетов племен и решение вождей оппозиции. В ответ Варенников сказал ему, что он считает первым авторитетом в этом районе именно Джелалуддина (надо было потрафить Джелалуддину), и поэтому многое зависит именно от него. Одновременно просил передать, что они готовы обеспечить племена всем необходимым.
597
* * *
Два дня вместе со своими офицерами из Оперативной группы Варенников потратил на детальную рекогносцировку района, а в условленное время вновь ждал “визита” своего нового знакомого. Он прибыл, как и обещал, но был весьма мрачен и неразговорчив. Варенников понял, что он принес отрицательный ответ. Его собеседник долго молчал, а затем стал выдавливать из себя короткие фразы. Варенников деликатно остановил его и спросил в лоб: “Да или нет?”. Он подумал и с трудом сказал: “Нет”. Варенников попросил передать Джелалуддину, что очень сожалеет, но они вынуждены провести колонны с применением силы. И мы сделаем это, независимо от привлеченных оппозицией отрядов, то есть все сомнем. В Хосте дети, женщины и старики без продовольствия. Мы обязаны им помочь. Но если Джелалуддин одумается, то мы готовы продолжить разговор о мирном пути. На этом расстались.
А приблизительно через месяц, когда началась операция “Магистраль”, Варенникову сообщили, что его собеседника из племени джадран прилюдно судили и убили за общение с неверными. Очевидно, его встречи с Варенниковым стали достоянием многих, что могло вызвать возмущение, и в результате последовала казнь бедняги, хотя на роль “посланника” его определили главари.
* * *
В назначенное время 23-го ноября 1987-го года начался первый этап операции. Когда перевал Сатикандов был захвачен, Варенников прилетел в район боевых действий, и из Гердеза отправился на передний край. По пути он заехал на объединенный КП и посетил генералов Б. Громова и Ш. Таки. Они дали ему справку, что уже сделано и что еще предстоит сделать. Детально изложили все по карте и объявили план их дальнейших действий.
* * *
С конца ноября в Кабуле начала заседать Лойя Джирга. Надо отметить, что этот шаг (с паузой в операции) имел для Наджибуллы большое значение. Он лично выглядел на Джирге как истинный и мудрый миротворец. Лойя Джирга в первые же дни своей работы делегировала министра по делам племен и народностей Ласка в Гердез с целью провести переговоры с племенами и избежать кровопролития. Чем он и занимался. Однако – безуспешно. Операцию пришлось продолжить, теперь уже с учетом решений Лойя Джирги, которая дала распоряжение афганской армии деблокировать Хост и провести туда колонны с продовольствием и другим имуществом для спасения населения от голода. Естественно, операция проводилась совместно с советскими войсками.
* * *
Операция “Магистраль” – это операция, которая по своим масштабам, размаху, участвующим силам и особенно по военно-политическим результатам относится к числу наиболее крупных и знаменательных операций. Накануне нового 1988-го года в Хост
598
пришла первая колонна с продовольствием, а 19-го января из Хоста в Гердез вернулась колонна, которая отвезла туда последнюю тысячу тонн груза. На следующий день начали снимать войска с дороги. Мятежники вслед за нами тут же выставили свои посты и закрыли дорогу вновь.
* * *
Теперь вопрос о выводе наших войск из Афганистана приобрел материальное выражение.
В начале 1988-го года в рабочем порядке фактически были согласованы все вопросы по выводу. В принципе вся группировка 40-ой армии делилась ориентировочно на две равные части. Каждая из них составляла около 50 тысяч личного состава.
В начале апреля 1988-го года министр обороны СССР генерал армии Д.Т. Язов прислал директиву, в которой определялись все вопросы, связанные с организацией и обеспечением вывода войск. В том числе указывалось, что все войска выводятся за 9 месяцев. Первый этап вывода – с 15-го мая по 15-ое августа 1988-го года, второй – с 15-го ноября 1988-го года по 15-ое февраля 1989-го года. То есть на каждый из этапов давалось по три месяца и на перерыв между ними еще три месяца.
Практика же показала, что мы способны были решить эту задачу и в более сжатые
сроки. Но надо было время, чтобы власть и народ в целом могли адаптироваться в условиях, когда советские войска ушли.