Когда других провожали, не было подступающего к сердцу ощущения разлуки. А вот коснулось Варенникова – и до боли жалко расставаться с училищем. Гнездо опустело: птенцы разлетелись, а война в разгаре.
В Горьком разыскали свою часть – первую гвардейскую запасную стрелковую бригаду. Гвардейская? Это приятно. А вот то, что запасная – убивало. Фронт был им нужен!
Казармы бригады располагались на окраине города. Бригада готовила маршевые роты, имела школу по подготовке младших командиров. Варенникова назначили взводным в минометную батарею. У взвода была трехмесячная программа подготовки. Взводные сами составляли недельные расписания, утверждали его у командира батальона капитана Мельникова. Сами буквально по всем предметам проводили занятия.
Хорошо то, что с Варенниковым был и Боря Щитов. Его определили в соседнее учебное подразделение, но жили они в одной комнате общежития. Друг друга поддерживали, подбадривали. Поставили цель – сделать все, чтобы отправили на фронт. Как? Пренебрегать нынешними обязанностями? Наоборот, максимально стараться и одновременно “штурмовать” командира части своими рапортами.
С капитаном Мельниковым все сложилось нормально. И он, видя отношение Варенникова к делу, всячески поддерживал его стремление попасть на фронт. Прошла неделя, другая. Послали первые рапорты. Нет ответа. Стали писать раз в десять дней – регулярно. Что на это скажут начальники? Одновременно требовали, чтобы принял командир части. К ним присоединился Довбия. На третий месяц – вызвал заместитель командира части, сказал, дескать, командование лучше знает, куда кого направлять, тем
более в военное время. Варенников и Щитов ему нагрубили (так сказать, “отметились” – ведь на войну просятся). Их встретили, но не наказали. Через неделю капитан Мельников сообщил: его вызывал командир части, интересовался, хорошо ли Варенников несет службу, как он. Мельников не возражал с его отправкой на фронт, все его ответы были положительными. Варенников искренне поблагодарил капитана.
После трех месяцев учебы был небольшой экзамен. Взвод Варенникова отчитался успешно. Подавляющее большинство учеников имели высокие оценки: стреляли не хуже офицеров, управляли огнем, знали материальную часть – все на высоте. Этому способствовало не только старание Варенникова, но и высокая общеобразовательная подготовка взвода.
В начале октября прошел слух – большую группу офицеров отправляют на фронт. Вместо них прибывают офицеры фронтовики из госпиталей – после излечения. Варенников попросил Мельникова “разведать” насчет него. Через пару дней он ему сказал:
- Кажется, добились своего. Включили в проект приказа для отправки на фронт.
* * *
Верно, 12-го октября 1942-го года Варенникова со Щитовым вызвали в штаб, дали обходные листы. А через день вручили предписание: явиться на пересылочный пункт. Узнали даже, куда направят: Сталинградский фронт!
В те дни все только и говорили о Сталинграде: “Я вам покажу, как надо воевать!” – так думалось Валентину. Наивно? Конечно. Логика у восемнадцатилетнего парня была упрощенной, но с другой стороны, и убедительной. Если каждый боец и командир Красной Армии убьет по одному оккупанту, то немецко-фашистские войска просто перестанут существовать… Во всяком случае, враг будет остановлен! Вот так – все было просто и ясно.
78