* * *
31-го января в 9.00 часов утра, несмотря на то, что шел дождь со снегом, наши войска после мошной огневой подготовки по переднему краю противника и ближайшей его глубине перешли в наступление. Начало огневого налета было обозначено залпами двух дивизионов “Катюш”. По расчету предполагалось, что двадцатиминутный огневой налет был вполне достаточным, чтобы подавить особо опасные цели, а пехоте и танкам приблизиться к переднему краю противника на безопасное от разрыва наших снарядов расстояние. Однако трудные условия передвижения по вспаханному и раскисшему полю не позволили это сделать. Поэтому артиллерийскую подготовку по переднему краю противника продлили еще на пять минут.
В это же время наша бомбардировочная авиация с горизонтального полета бомбила объекты противника в ближайшей глубине. К сожалению, штурмовики из-за непогоды не смогли принять участия в начале наступления.
Все опасались, что могут увидеть в этом месиве наши танки?
Бездорожье не дало возможности полностью обеспечить новую атаку артиллерийской поддержкой. Много орудий никак не удавалось протащить через грязь и переправить через балки и овраги, до краев наполненные талой водой. Нужно было делать опять остановку для того, чтобы переместить прежде всю артиллерию. Именно “переместить”. Слово “перевезти” здесь никак не подходит… Все вязло в совершенно разбухшей от избытка влаги земле… Боеприпасы доставлялись вручную, в заплечных ящиках, на повозках. А все это требовало времени.
Некоторые опасения не сбылись. Танки, не торопясь, на второй передаче, и не маневрируя, чтобы не “закопаться”, двигались вперед, ведя огонь из орудий и пулеметов. Жаль, конечно, что противнику удалось все-таки подбить две “тридцатьчетверки”, но
экипажам удалось выскочить, хотя среди них и были раненые. Передний край был
атакован и вот захвачена первая траншея, а за ней и вторая. Полк, в котором служил
123
Варенников, втянулся в уличные бои.
Во что бы то ни стало надо захватить город и особенно станцию, где находились основные склады, в том числе продовольственные. Поскольку коммуникации войск растянулись, то снабжение осуществлялось с перебоями.
Но прежде чем решить задачи с Апостолово, надо было еще “разобраться” со станцией Ток. В условиях распутицы и фактически отсутствия грунтовых дорог, поскольку все они раскисли, железнодорожные узлы имели значительное значение. С помощью железных дорог противник не только имел возможность маневрирования войсками и материальными средствами, но и вел боевые действия прямо с железной дороги. Так было и на станции Ток.
Тогда, чтобы оказать своим войскам в районе Апостолово помощь, и понимая грозящую опасность, немецкое командование направило 4-го февраля из района Никополя на станцию Ток бронепоезд – несколько бронированных вагонов с установками и пулеметами. Вместе с бронепоездом прибыли части 3-ей горнострелковой дивизии немцев.
Все происходило прямо на глазах артиллеристов. Поэтому Варенников дал командирам батарей 45-миллиметровых и 76-миллиметровых орудий задание разбить паровоз и последний вагон бронепоезда. Что и было сделано в считанные минуты. Противник не смог даже сориентироваться – что же произошло? Младший лейтенант Ф.И. Морковский выкатил на прямую наводку два 45-миллиметровых орудия и первыми выстрелами вывел из строя паровоз. Батарея 76-миллиметровых орудий добила его, а затем перенесла огонь на хвостовой вагон, из которого, как горох, посыпались фрицы. Но вагон артиллеристы разбили капитально – одной стороной он даже осел в землю. Таким образом, цель вроде бы была достигнута. Но одновременно, не желая того, артиллеристы сделали удобное укрытие для противника, и как раз перед собой. Немцы, разумеется, воспользовались им, тем более что огневой реакции со стороны наших войск уже не было – боеприпасы почти кончились, а подвезти их из-за бездорожья не успели.
Получив эту вынужденную передышку, немцы 8-го февраля перебросили на станцию Ток еще два железнодорожных эшелона с войсками. На следующее утро противник силой до полка с танками перешел в контратаку. Используя все оставшиеся боеприпасы, подпустив его как можно ближе, артиллеристы нанесли ему максимальное поражение. Однако противник вводит свежие силы и 100-ый полк, вместе с соседом слева, вынужден обойти и закрепиться на рубеже рощи. Противник продолжал перебрасывать свои войска из района Никополя, стремясь уйти от окружения, и ввел еще одну – 9-ую пехотную дивизию. Как это ни печально, полк, в котором служил Варенников, вынужден был отойти.
Лишь 12-го февраля была подана первая партия боеприпасов. Было принято решение – лишить противника железной дороги и тем самым отрезать каналы подачи всего необходимого.
После короткой подготовки дивизия, в которой служил Варенников, первой атакой потеснила противника, отбросив его за железную дорогу. Теперь немцы остались без боеприпасов. Прикрываясь специальными подразделениями, они отошли на запад. Наши войска продолжали наступать.
В боях за станцию Ток был ранен И.Н. Поцелуев. Но уйти в госпиталь отказался, остался в строю. А уже через несколько дней его ожидали боевые схватки на высоте могилы Нечаева.
Противник хоть и откатывался, но огрызался, как раненый зверь, постоянно проводя контратаки танками. Пехота его находилась на броне и оттуда “поливала” все из
пулеметов и автоматов. Иногда танкам удавалось прорваться на ближайшие позиции советских войск. Противник делал все, чтобы задержать продвижение советских войск,
124