Иррегулярная кавалерия набиралась из кочевников бахтияр, курдов и туркмен во главе с племенными вождями. Генерал Косоговский, командир казачьей бригады так оценил состояние одного из курдских конных полков шахской армии: «Небезопасны даже для своих. Совершенно к службе непригодны».
Персидская артиллерия состояла из двух сотен орудий, преимущественно бронзовых, заряжаемых с дула. Орудийные расчёты «блистали» своей необученностью. Но в тегеранском арсенале хранилось до 50 скорострельных полевых и горных орудий Шнейдер-Крезо, для которых не находилось обученных пушкарей.
Шахской казачьей бригаде приходилось постоянно бороться с различными разбойными шайками. Так, осенью 1912 года был схвачен и по приговору военно-полевого суда повешен знаменитый разбойник Исмаил-Ходжи, уроженец Эриванской губернии, бежавший с каторги и разыскиваемый кавказскими властями России.
Русский вице-консул в персидском городе Хое так характеризовал главаря разбойников Исмаил-Ходжи: он «зарекомендовал себя перед революционным персидским сбродом особой жестокостью в истреблении русских солдат, попавших в руки тавризских защитников персидской конституции».
Чтобы оказать шахской администрации помощь в наведении порядка в стране, кавказский наместник в Тифлисе граф Воронцов-Дашков направил в Персию в 1909 году под начальством генерал-майора Снарского отряд в составе 2 батальонов стрелков, 4 казачьих сотен кубанцев и терцев, 3 артиллерийских батарей — скорострельной, горной и гаубичной. Затем отряд пополнили ещё казаками. В следующем году был поставлен вопрос о выводе русских войск с иранской территории, но обстановка к тому явно не располагала.
Генерал Самсонов в отчёте за 1910 год о действии русских экспедиционных войск в Персии писал следующее:
«...Мы всегда стремились поскорее вернуть наши войска обратно (в Россию. — А.Ш.). Местное население, не разбираясь в тонкостях политических соображений, всякий раз видит в этом якобы нашу слабость, наше поражение...
Азиат покоряется только силе и никаких других высших, а тем более гуманных и рыцарских соображений, не понимает».
Император Николай II, ознакомившись с самсоновским отчётом, собственноручно написал на нём одно-единственное слово:
«Верно».
Революционные события в Персии в 1911-1912 годах заставили Россию увеличить численность экспедиционных войск в этой стране. На её территорию были введены дополнительно казачьи полки и сотни Кубанского, Терского и Семиреченского войск, артиллерия, несколько стрелковых батальонов.
Произошло немало боев из числа скоротечных и малых, но были и серьёзные нападения на русские воинские отряды в городах Тавризе и Реште. Постепенно движение фидаев пошло на убыль.
В декабре 1911 года военный министр России В. А. Сухомлинов докладывал председателю Совета министров В. Н. Коковцеву о положении дел в Персии следующее:
«...Считаю настоятельно необходимым скорейшую выработку указаний для действий войск в Персии, а также для усиления их. Для сей последней цели необходимо или немедленное объявление частичной мобилизации войск КавВО или же перевозка на Кавказ потребного числа не мобилизованных войск из Европейской России».
Это было то указание министра, которое в следующем году пришлось выполнять новому начальнику штаба Кавказского военного округа генерал-лейтенанту Н. Н. Юденичу.
Тогда же Коковцев получил и донесение из Тифлиса от генерал-адъютанта графа Воронцова-Дашкова. В нём с тревогой говорилось:
«Российский генеральный консул в Азербайджане (иранском Южном Азербайджане. — А.Ш.) указывает на факт пребывания в настоящее время в пределах Персии значительного числа русских подданных армян, грузин, татар (азербайджанцев), участвовавших в революционном движении в России, а затем скрывшихся в Персии, где они играют руководящую роль в происходящей там смуте».
Тот же Воронцов-Дашков в декабре 1911 года требовал самых решительных действий со стороны русских экспедиционных войск. В телеграмме из Тифлиса в Санкт-Петербург кавказский наместник требовал от начальника Генерального штаба:
«...Дерзкое нападение на наш отряд в Тавризе и истязание раненых требует примерного возмездия, почему полагаю предложить генералу Воропанову... взорвать цитадель и учредить полевой суд, в котором судить всех зачинщиков нападения, виновных в истязании раненых...
Приговоры немедленно приводить в исполнение...
Безусловно необходимо взыскать с населения Тавриза значительную денежную сумму для обеспечения семейств убитых и раненых...