Он перевел дух, сделал шаг вперед и вытянул вперед руку, указывая пальцем в глубину зала.
— Совсем нелегко! — повторил он, не опуская руки. — Совсем нелегко! И напрасно шипят по-змеиному наши враги в стране и за ее пределами. Напрасно поднимают вой гиены и шакалы. Нашим ответом им будут молчание и презрение. Мы знаем, кто они такие, откуда взялись. Я знаю их намерения. Мне известны слова одного американского журналиста, сказанные им, когда он проезжал через Болгарию. Я хочу процитировать их дословно в переводе с английского: «Стамболийского свергли старые прогермански настроенные офицеры, мошенники, политические интриганы и интеллектуалы, под которыми в Болгарии понимают людей, достаточно образованных, чтобы не быть честными». Ошибаетесь, господин Хемингуэй! Интеллигенция Болгарии отвечает на ваши слова презрением. На нашем знамени написано: порядок, мир, прогресс. И мы не унизим себя полемикой со злопыхателями и нашими недоброжелателями. Нет, мы не мошенники и не политические интриганы, и мы с еще большим рвением будем следовать своим путем. И никому не удастся остановить нас инсинуациями и сарказмом. Мы знаем, кто вы такие и откуда вы взялись!..
В то время как министр продолжал говорить, расхаживая по сцене и уже полностью овладев вниманием публики, через одну из боковых дверей в зал вошел царский советник Груев. Он был в рединготе и с цилиндром. Его появление сразу же отвлекло внимание собравшихся. Все начали переглядываться и шепотом высказывать предположения о том, что если появился Груев в рединготе и с цилиндром, то, вероятно, его величество уже здесь. Так бывало всегда — если где-то появлялась борода Груева, неподалеку оказывался и царь. И на этот раз публика не ошиблась.
Тем не менее оратор продолжал сыпать угрозами в адрес внутренних и внешних врагов, подкрепляя свою речь различными цитатами. Тем временем Груев подошел к профессору и генералу и что-то доверительно шепнул им. Те немедленно встали и покинули зал вслед за царским советником.
Прибыв в Военный клуб инкогнито (что было его излюбленной манерой), Борис ждал их в одной из приемных. Он сидел в плюшевом кресле и разговаривал с каким-то неизвестным, который сразу же удалился, как только в приемную вошли профессор и генерал в сопровождении Груева.
— Господа, — начал царь, не предлагая им сесть, — пока вы устраиваете балы и вечеринки, развлекаетесь с культуртрегерами, царству угрожает серьезный дипломатический конфликт с нашим соседом — Сербией. Вам это известно?
Генерал попытался что-то сказать, но Борис перебил его:
— Правительство нашего соседа направило нам вербальную ноту по поводу действий македонских четников, засылаемых с нашей территории на территорию Сербии. А вы в это время занимаетесь балами и культуртрегерами…
— Ваше величество, — попытался вставить слово профессор, — мы стараемся сплотить интеллигенцию вокруг трона и правительства! В этом мы видим наш высший патриотический долг.
— Прекрасно, профессор! Но прежде объедините нацию, а уже потом культуртрегеров! Известно ли вам, что французский и английский представители тоже недовольны внешней политикой нового правительства?
— Если вы имеете в виду ноты, то мы тоже можем отвечать на них нотами, ваше величество, — снова вставил профессор. — Правительство Сербии предоставляет убежище нежелательным элементам, устраивающим заговоры против Болгарии. А французская и английская пресса изрыгает хулу на маленькую Болгарию. Мы не можем молчать, ваше величество! Молчать в таких случаях просто недопустимо!
— Все они лгут о нас, ваше величество! — выкрикнул генерал. — Все лгут!
— Я приехал сюда не для дискуссий с вами, господа! То, что я сказал, имеет принципиальное значение для дальнейшего развития нашей внешней политики. И вы должны серьезно подумать, прежде чем устраивать балы и давать интервью иностранным корреспондентам. Это во-первых. Во-вторых, обратите внимание еще на одно обстоятельство, которое меня беспокоит. Как мне стало известно, позавчера были арестованы Васил Коларов и Георгий Димитров. Чем вызван их арест? Какими причинами?
— Ваше величество…
— Вы спешите, господа. И разумеется, ошибаетесь! Еще не время открывать новый фронт. Арестованные продолжают оставаться депутатами Народного собрания. Соблюдайте закон! Действует в этой стране конституция или нет? Если нет, то так прямо и скажите!
— Ваше величество, Коларов арестован за нелегальный въезд в страну. Он нарушил закон.
— Мне это известно. И вы его оштрафовали за нарушение конституции на двадцать пять левов, не так ли?