Пришлось максимально действовать через Мао. Встреча в Корее стала для нас знаковой. Мы заметно уменьшили конфронтацию друг с другом по одной важной причине. Азиаты здорово не похожи на нас, а я как раз не специалист по Востоку, пришлось быстро учиться. Но Мао понравился мой ход — не толкаться локтями, а разделить зоны ответственности. Как раз впору пришлись его терки с вьетнамцами, у которых был собственный взгляд на азиатский коммунизм. И китайский лидер согласился на наше активное вмешательство в войну, пообещав не препятствовать. Первые успехи советских ПВО и авиации его впечатлили, да и мы поставили КНР кое-что из вооружения. Так что какое-то взаимодействие у нас сложилось.
Но прямое вмешательство китайцев в индонезийские разборки не сильно помогло. То ли мы неправильно оценили их возможности, то ли китайцы облажались. Сейчас Мао и вовсе не этого. Китай трясет, того и жди полыхнет. Он и со мной редко стал общаться. Как бы то ни было, но многое в этой реальности пошло не так. Индонезия в 1965 году была настоящей пороховой бочкой, готовой взорваться. Борьба за власть между коммунистами, прозападно настроенной армией и исламистами. Экономическая инфляция в 100% с лишним в год с 1961 года, достигшая пика в 650% в 1965 году. В то время как Сукарно, будучи её лидером, вместо серьёзных экономических реформ толкал своих сторонников на авантюру, чтобы наполнить индонезийцев «революционным духом». Но хотя он в 60-е годы всё больше сближался с коммунистами, сам президент не был коммунистом. Коммунисты сблизились с Сукарно, потому что они были главными сторонниками авантюризма Сукарно.
В моем времени все началось все с того, что группа офицеров, сторонников президента Сукарно, опираясь на полк президентской охраны во главе с подполковником Унтунгом Шамсури, полковником Латифом и генералом Супарджо, решила выпилить верхушку сухопутных войск, строившую очередной заговор. В итоге в моем времени пострадали все. Сотни тысяч коммунистов были попросту уничтожены, и воцарился диктаторский режим Сухарто. Страна надолго легла на прозападный курс. Очко в пользу Америки!
Но Сухарто ликвидировали по моему приказу раньше 30 сентября, но президент и его «прогрессивные офицеры» все равно не смогли произвести чистку. Или среди тех здорово текло, или опять вмешались британцы с ЦРУ. Так или иначе, переворота не произошло, но то тут, то там возникли многочисленные мятежи. Армия в полном составе не подчинялась президенту Сукарно. Особенно досадила дивизия Силиванги на западе Явы, настоящий бастион антикоммунизма в индонезийской армии, ещё в 1948 отличились под командованием Насутиона резней сторонников КПИ в Мадиуне. Сукарно бежал в центральную Яву, где гарнизоны дивизии Дипонегоро были на его стороне.
Так же как большая часть ВВС, обучавшихся в СССР — маршал Дани даже организовал изучение личным составом марксизма, а ещё было у него много сторонников в ВМФ и Морской Пехоте. Кроме того, сторонников Сукарно хватало на Борнео/Калимантане, в войсках с 1963 воевавших с Малайзией за Северное Борнео. Наша разведка посоветовала Мао обратить именно на этот остров основное внимание. Там держаться можно было много. Но китайцы момент вмешательства проворонили. Самолет президента при неизвестных обстоятельствах пропал в джунглях. Я даже представляю себе эти обстоятельства в виде англичан.
И все эти два года ситуация складывалась ни шатко ни валко. Мы крепко втянулись в Северный Вьетнам, потом в Индо-Пакистанский конфликт, Ближний Восток. Мао пришлось основное время уделать на внутреннюю политику. Ни ресурсов, ни людей не хватало. Так что дождались.
Информация к сведению:
Генерал Сухарто, возглавивший, помимо вооруженных сил, и Оперативное командование по восстановлению безопасности и порядка, начал массовые репрессии против коммунистического движения. По всей Индонезии началась волна массовых убийств активистов Коммунистической партии, осуществляемых как военными, так и членами праворадикальных и исламистских группировок. В результате репрессий в течение нескольких месяцев было убито от 500 тысяч до 1 миллиона человек. Среди жертв антикоммунистической истерии были не только реальные активисты Компартии, но и большое количество людей, лишь подозреваемых в симпатиях к коммунистам, а то и вообще убитых случайно или по ложным доносам.