— Я бы на вашем месте хорошенько подумал, как вообще удержать власть в стране. Ситуация в Чехословакии на наш взгляд аховая. Если такие упыри, что собрались в том клубе, дорвутся до свободы, то вся страна погрузится в хаос террора. Помяните мое слово! И что — вы опять нас позовете, как в мае сорок пятого? Когда обосрались со своим запоздавшим восстанием. Заново русский Ванька будет умирать за ваше благополучие? Вот вам! — показывают руководству чешской компартии большой кукиш. — В этот раз войдут немцы, поляки и венгры. Вас они жалеть точно не будут.
Чехи вздрогнули. Поверили. Они европейцы и понимают, что с ними смогут сделать другие европейцы.
— А сейчас смотрите сюда. Вот листовки, распространенные в Южно-моравской области. Какие прекрасные слоганы в них: «Запретить деятельность КПЧ, как фашистской партии. Марксизм и научный социализм объявить глупостью, а МАРКСА, ЭНГЕЛЬСА и ЛЕНИНА — шарлатанами». Кто и каким образом разрешил их издание? Почему они свободно висят? И почему вы позволяете, кроме Президиума ЦК КПЧ действовать «второму центру»? Считаете, что это и есть настоящая демократия?
Дубчек закатил глаза. Куда мы раньше смотрели, назначив на такую важную должность политического слабака?
— У нас в партии есть оппозиция, и мы гордимся этим. У нас собственный путь, товарищ Генеральный секретарь.
— А лозунги у этих, прости господи, оппозиционеров какие, товарищ Дубчек?
В ЦК КПЧ к этому времени сложился и действовал помимо Президиума ЦК КПЧ так называемый «второй центр», который от имени партии направлял работу средств массовой пропаганды, располагал рядом важных постов в партийном аппарате, МВД, МИД и других министерствах, и ведомствах ЧССР. «Второй центр» поддерживал контакты с различными реакционными организациями и клубами, координировал их действия. Руководителем штаба «второго центра» являлся Кригель. Главари «второго центра» регулярно встречались для разработки практических мер, направленных на захват их сторонниками ключевых позиций в политической, экономической и культурной жизни ЧССР.
На Кригеля было возложено общее руководство и координация действий правых элементов в КПЧ. Кому-то было поручено направлять средства массовой пропаганды, деятельность молодежных организаций, творческой и научной интеллигенции; Например, Млынарж занимался разработкой политических концепций «чехословацкой модели социализма»; на Шика возлагались вопросы экономической политики. Контакты с некоммунистическими партиями в стране поддерживали Славка и Пеликан. Через них осуществлялся контроль за деятельностью Клуба беспартийных активистов, «Клуба-231» и других антисоциалистических организаций. «Клуб-231» использовался «вторым центром» для передачи на Запад информации о положении в ЧССР, в частности, в адрес радиостанции «Свободная Европа» в Мюнхене.
С приходом к руководству МВД Павела, он по указанию «второго центра» сразу же приступил к чистке органов госбезопасности от «скомпрометировавших себя лиц» и санкционировал кампанию «публичных разоблачений». Постоянно маневрируя и оказывая нажим на честных работников, Павел и его сторонники срывали любые мероприятия, направленные на нормализацию положения в органах госбезопасности. По его настоянию были сняты со своих постов заместители министра внутренних дел Заруба и Демьян, а также руководители ряда управлений и других ответственных работников, выступавших за оздоровление обстановки в МВД.
«Второй центр» планировал постепенно уволить из МВД кадровых работников и заменить их ставленниками «клубов» и других контрреволюционных организаций. В задачу «второго центра», входила также «чистка» в армии, с тем чтобы использовать ее в своих планах захвата власти в стране. Было заметно, что созданное в Чехословакии контрреволюционное подполье представляло серьезную угрозу социалистическим завоеваниям чехословацкого народа и всему тому, чего он добился за 20 лет народной власти. Контрреволюция последовательно и планомерно готовилась к свержению социализма в Чехословакии не только «мирным путем», но и с применением вооруженных средств.
К моменту ввода союзных войск в ЧССР в 1968 году в моем времени контрреволюционное подполье почти полностью деморализовало работу Министерства внутренних дел и с помощью своего ставленника Павела сменило весь руководящий состав министерства, переключило работу важнейших подразделений органов госбезопасности на выполнение целей контрреволюции. Уже в начале июля 1968 года новым руководством МВД для реакционных сил был разработан специальный оперативный план на случай «чрезвычайного положения» с целью их защиты и обеспечения условий для продолжения их деятельности, направленной на реставрацию капитализма в стране.