Весной 1988 года эритрейцы нанесли поражение эфиопской армии при Афабете, разгромив три дивизии и несколько отдельных подразделений правительственных войск. Большая часть побережья Эфиопии перешла под контроль повстанцев. Они все чаще предпринимали вылазки против ПМТО Нокра. Сначала они действовали на моторных лодках и открывали огонь из стрелкового оружия по советским кораблям и судам. Естественно, большого ущерба такой «флот» причинить не мог. Но через какое-то время эритрейцы получили скоростные катера шведской постройки с легким артиллерийским вооружением. Ситуация стала обостряться. В проливе Массауа-Северный под обстрел попал танкер «Олекма». Его радист Михаил Новиков был убит. Вспыхнул пожар, но танкер шел в балласте, и воспламенение не повлекло катастрофических последствий. Судну удалось оторваться от преследователей.
Для защиты базы и судоходства командование ВМФ СССР стало направлять в Красное море боевые корабли. Работы у них хватало. Так, артиллерийский катер АК-312 проекта 205П ЧМФ под командованием капитан-лейтенанта Николая Белого с конца 1989 года по май 1990-го совершил 47 выходов на боевое патрулирование и обеспечил проводку 33 конвоев.
Во время перехода к «Енисею» АК-312 встретил четыре торпедных катера типа Jaguar, переданных ФРГ эритрейцам, которые превосходили советский катер не только численно, но и по огневой мощи. При длине 42,6 м они имели полное водоизмещение 210 т и развивали 40-узловую скорость. Каждый «Ягуар» нес две 40-мм автоматические пушки Bofors с боезапасом 3168 выстрелов на ствол, четыре 533-мм торпедных аппарата и 14 глубинных бомб. Судя по всему, эритрейцы хотели окружить советский катер, взять его в плен или потопить. Но из этой затеи ничего не вышло.
Экипаж АК-312 противопоставил численно и качественно противостоящему противнику высокую морскую выучку, которой эритрейцы, конечно же, не обладали, и флотскую смекалку. Умело маневрируя, капитан-лейтенант Белый провел свой корабль сквозь завесу катеров противника. А когда те стали догонять, пользуясь преимуществом в скорости, против «Ягуаров» было применено оригинальное оружие. Белый приказал сбрасывать глубинные бомбы по курсу преследователей. Один из догонявших катеров эритрейцев «наехал» прямо на пузырь взорвавшейся ББ-1 и перевернулся. Обескураженные гибелью товарищей экипажи трех оставшихся катеров прекратили преследование.
Но когда АК-312 возвращался в базу, эритрейцы его встретили с явным намерением отомстить. Завязался бой. Метким огнем еще один «Ягуар» был потоплен, а другой поврежден (по данным некоторых источников, он тоже затонул). Наш катер за два боя не получил ни одного попадания.
Глава 7
12 ноября 1966 года. Москва. Кремль. Пленум ЦК КПСС
Любой пленум партии, это прежде всего не выступления на трибуне, а разговоры в кулуарах. Нередко они продолжаются в гостиницах, буфетах или ресторанах. Самые умные уезжают за город. Благо влиятельные лица могли получить номера в домах отдыха или санаториях. Почему они избегали официально закрепленные места для проведения переговоров, рассказывать не требовалось. Москва — центр политической жизни огромной державы. Со всеми вытекающими.
Вот и руководитель Белорусской ССР стремился, как можно больше встретиться с теми, в ком был заинтересован лично и в ком состоял запрос у республики. Он хорошо помнил слова Брежнева:
— «Внутри партии вы все должны быть повязаны друг с другом в хорошем смысле этого слова. Хватит смотреть в рот вышестоящим вождям. Нам остро необходимы современные руководящие кадры, обладающие полноценной инициативой и с новыми идеями».
Леонид Ильич для Петра был личностью до предела масштабной. Человеком, у которого не грех поучиться. Советский лидер не почивал на лаврах, а ежедневно следил за обстановкой в стране и мире, постоянно учился и требовал этого от подчиненных. И к тому же сумел собрать около себя настоящий Генеральный штаб партии и руководства страной. Машеров по приезде в Москву сразу стремился попасть не на Старую площадь, а в Кремль на третий этаж, полностью занятый новыми службами. И они туда уже все не вмещались. Например, неподалеку от Кремля строили новый вычислительный центр. Для Петра не было секретом, что несколько этажей там будет отдано под разросшиеся отделы Администрации Генерального секретаря. И это вовсе не было раздутием бюрократического аппарата. Скорее неким надправительственным органом стратегического развития Союза.