Между прочим, мне запомнился разговор о королеве с какой-то англичанкой, случившийся тогда же, когда мы находились в Англии. Она спросила: «Вы встречались с королевой Елизаветой?». «Да, встречались». «Ну, и как она вам понравилась?» Мы сообщили о своем впечатлении. И тут англичанка добавила печальным голосом: «Жалко мне ее, несчастная женщина». «Почему вы ее жалеете?». «Ну, знаете, молодая женщина хотела бы пожить, как требуется в ее возрасте. А она как королева лишена обычных радостей, живет под стеклянным колпаком, всегда находится под взглядами людей. Это очень тяжелая жизнь и тяжелые обязанности. Поэтому я ей сочувствую». Мне понравилось, как эта женщина по-человечески подошла к оценке своей королевы. Да, прав был Некрасов, когда писал в поэме «Кому на Руси жить хорошо», перебирая всех тех, с кем встречались его ходоки: и попу по-своему плохо, и царю нелегко. Вот и Елизавете II, оказывается, жилось нелегко.
Глава 2
Июльский день страны Советов 1966 года
Москва. Верхняя Радищевская улица. Родные
Москва. Верхняя Радищевская улица. Родные
— Кого там? Николай, ты никого не ждешь?
Женщина накинула халат и плотнее его запахнула. После хлопотливой рабочей недели хотелось лечь на диван, включить радиолу и послушать музыкальную передачу. Муж, сидящий с газетой на кухне, лениво откликнулся:
— Да вроде нет. Назавтра с Петром договорились.
Послышались звуки открываемых замков и несдержанные возгласы.
— Зина, салют! Все хорошеешь!
— Паша! Ты откуда и как?
Хозяин квартиры уже выскочил в коридор и с улыбкой приветственно раскинул руки. В проеме высилась фигура молодого плечистого парня с похожей улыбкой. Он живо схватил хозяина в объятия, так что тот чуть ойкнул.
— Братан! Коля!
— Отпусти, задавишь! Каким верзилой стал! Весь в деда пошел. Тот у нас подковы гнул. Да проходи, чего в дверях встал, как к неродным приехал.
— Паша, тапочки.
— Спасибо, Зиночка. Да у вас тут и так чисто, полы какие! Аж блестят!
— Паркет! — с достоинством откликнулся Николай. Он по праву гордился квартирой в центре столицы. — А ты чего не написал, или телеграмму бы дал? Вдруг нас бы не было, куковал на площадке. Мы же одни сейчас в квартире, соседи съехали, вся площадь наша.
— Да ты что! То-то я думаю, какой звонок нажимать. Ну, показывайте, как живете, будете.
Павел причесал рукой блондинистые лохмы на голове и двинулся в комнаты.
— Здесь дочкина комната, она уже старшеклассница. Тут больше солнца, ей надо много заниматься. В следующем году экзамены. Там мы сыну выделили место, поменьше, да он пацан, вечно занят и дома не бывает. Тут мы расположились.
— Шикарно! А как так случилось, что все теперь ваше?
В комнату заглянула хозяйка. Она уже успела переодеться в легкое платье и даже немного причесалась. Каштановые волосы блестящей волной легли на спину, Павел невольно залюбовался. Все-таки женщины в городах выглядят намного лучше и ценят себя больше.
— Николай у нас нынче начальник лаборатории! А ученых людей ценить начали, вот по случаю и дали метры на каждого. Новое постановление правительства недавно вышло.
Родственник лишь покачал головой:
— Я и не знал.
— Чего стоим? Пойдем чай пить, раз такое дело.
Павел восхитился размером кухни и высоким потолком, восхищенно осматриваясь по сторонам, а его старший брат задумчиво почесал подбородок:
— Зиночка, какой чай? Пятница все-таки, давай я в магазин сгоняю. Тебе чего-нибудь взять?
Женщина захохотала:
— Дожили, спиртного дома нет! Коля же почти не пьет, да и я не любительница. Мне на работе веселья хватает. Я же в Москонцерте тружусь. Артисты, певцы, и всем подавай лучшие площадки.