— Так иначе государству какой смысл?
Павел отложил вилку и уставился на женщину.
— Зин, а подробней!
Не зря она работала в Москонцерте, в пять минут обрисовала схему продажи чеков и поинтересовалась:
— Неужели продать хочешь?
— Ага, чеков много выдали за последние рейсы вместо валюты, что мне с них? А вот погулять охота!
Николай неодобрительно покачал головой:
— Накопил бы.
— Да брось, еще успею! Пока молодой, надо и свет прогулять, и себя показать.
Старший обреченно произнес:
— Весь в деда. Тот в империалистическую и во Франции побывал, потом в твой Архангельск с англичанами прибыл, через линию фронта прошел. Вот его позже в тридцатые органы потаскали.
Зинаида лишь усмехнулась семейным байкам, подошла к плите и спросила:
— Мальчики, чай или кофе.
— Кофе, конечно! У меня для этого дела шоколад голландский припасен.
— Ой, Паша, балуешь ты нас!
— Да ладно. С разговорами совсем о подарках забыли. Ну-ка!
Павел ловко вскрыл импортный чемодан и начала с грацией фокусника вынимать оттуда свертки и пакеты. Детям были привезены красочные альбомы, фломастеры и по блоку американской жвачки, хозяйке — джинсовое платье, брату — особый подарок. Тот озадаченный, глянул название обложки и тут же убежал к проигрывателю. Через несколько минут Зина вышла из загородки, что делила залу в обновке. Сияющая, как начищенный самовар.
— Все девочки у нас обзавидуются. Самая модная форма! Паша, ты как мой размер угадал?
— Ну как, — молодой человек обвел воздух руками. — На глаз. Буфетчица у нас девушка, формами на тебя похожа.
Зинаида захохотала:
— Ты эти формы сам мерил или тоже на глазок? Мой где?
Из большой комнаты раздались заливистые звуки электрогитары, затем пронзительный голос на английском. Николай озадаченно сидел в кресле и слушал странный, незнакомый доселе ритм. И надо признаться, он ему нравился. Английский же он знал досконально, и смысл песни улавливал.
— Паш, это что вообще?
— Эх, темнота. Рок-музыка, наше будущее.
— Понял. Битлы и Ролинг Стоунз.
— Эта круче. Англичане. The Who. Свежий сингл выпустили «I Can See For Miles». И тут же в горячую десятку попали.
Николай недоуменно уставился на брата:
— Ты откуда все знаешь?
— Так, мы же там радио местное слушаем! Есть музыкальные программы. Английский я еще на флоте усиленно учил. Там без него никуда. В любом порту мира требуется. И в Африке, и в Америке.
— Поносило тебя, брат. Но спасибо, уважил. Завтра на работу принесу. Есть у нас там меломаны.
Завтрак был накрыт на столе, и пока хозяйки бегала по делам, братья пили на кухне чай. За окном мягко кружились снежинки, дети убежали гулять, впереди целый выходной.
— Как там при капитализме?
— Живут, — пожал плечами Павел. — У них своих проблем полна коробочка. В Роттердаме шикарно, в Англии глухо.
— В смысле?
— Бедно, работяги жалуются. Денег ни на что не хватает. Бастовать запрещают.
— Вот как? Прямо как у нас по телевизору рассказываешь.
— Ты что, думаешь, в Европе люди как сыр в масле купаются? Ты лучше нас, моряков спроси, все обрисуем. Норги скромно живут, ни кроны лишнего не заплатят. У них там голые скалы и треска в море, больше нет ничего. Французы процветают, русским там рады. Но мы как-то в Португалию зашли. Вот где нищета! Но наши говорят, что так всюду в Средиземке. Испания, Греция, Турция. Разве чуть богаче в Италии. Простому народу везде несладко.
Николай нахмурил брови, но не сказал ничего. По правде, до конца брату так и не поверил. Как в Европе можно жить бедно? Хлопнула входная дверь, и вскоре на кухне показалась румяная Зинаида.
— Поели? Молодцы. Паш, иди сюда. Я все сделала, как договаривались.
Обмен прошел удачно, и Павел был несказанно доволен. Не ожидал получить столько денег. Зина тоже. Ей ведь нужные люди всегда требуются. Старый принцип «ты мне — я тебе» никто не отменял.
— Ты в следующий раз сразу ко мне. Лучший курс устрою.
— Спасибо, Зиночка.
— Ты чем сегодня заниматься намерен?
Молодой крепыш пожал плечами:
— Прогуляюсь по центру.
— У меня две контрамарки на спектакль есть. В подарок дали. Есть кого пригласить?
Блондин осклабился, вспомнив летние приключения.
— Остался заветный телефончик! А что за мероприятие?
— Самый модный театр в Москве, на Таганке называется.
Павел нахмурил лоб:
— Что-то слышал вроде.
— Новый спектакль по Джеку Лондону. Высоцкий там играет. Знаешь о таком? Он еще песни поет.