Выбрать главу

Зато косяком пошли прямые договоры на поставку продукции и совместного сотрудничества. Личные связи всегда важны! Официальные организации уже были наготове, и подписание договоренностей не задерживалось. Накачивались каналы кредитных «переводных рублей», увеличился масштаб грузопотоков. Такой вот взаимообогащающий опыт получается. Безо всяких отделов ЦК. Сейчас никакой местечковый князёк в СЭВ не сможет одним махом отказаться о сотрудничества с нами. Его не поддержат ни промышленники, ни крестьяне. Им также выгодней работать напрямую. Даже строптивого Чаушеску понемногу загоняют в стойло. Есть мнение, что от него вскоре избавятся. Но там уже работает охранка Тито. Ему это сделать проще.

Воронов рубит дальше:

— Считаю, что вопрос о замене секретарей надо вынести на голосование.

Устинов поддерживает:

— И назначить комиссию по расследованию их деятельности.

Цэковские вовсе сникли. На такой исход они точно не рассчитывали. Это все-таки как надо быть далеко от действительности! Политбюро зашевелилось и в течение трех минут приняло решение.

Затем слово беру я:

— Геннадий Иванович, пока возьмите на себя международный отдел. Екатерина Алексеевна, вы — отдел пропаганды. Товарищ Демичев, подготовьте, пожалуйста, нужные документы.

У главного пропагандиста запотели очки, секретари позеленели. Их карьера окончена. Мазуров жестит дальше:

— Предлагаю создать комиссию для расследования действия означенных отделов.

Мягко поправляю:

— Для проверки. Но комиссия точно нужна. Товарищи Воронов и Фурцева ее как раз и возглавят, предлагаю туда еще товарища Соломенцева.

Глава КПК доволен. Его не забыли, а статус у него внушительный. Пусть он не так ретиво взялся за дело, помня судьбу Суслова, но работа постоянно идет, и его откровенно побаиваются.

— Ставим на голосование!

Воздержавшихся нет!

Информация к размышлению:

Из воспоминаний Ненашева:

Становление в аппарате ЦК КПСС, в отличие от Челябинского обкома, было мучительным. Размышляя над этим спустя 16 лет, вижу, что связано это было не просто с другим стилем работы, но и с совсем иными правилами взаимоотношений, другими, весьма строгими требованиями подчинения на всех должностных ступенях, от инструктора и до секретаря ЦК. Старая площадь и ее обитатели жили по своим особым законам и обычаям, известным только им и исполняемым безукоризненно.

За долгие годы монопольного положения партии в руководстве всеми сферами жизни общества был создан механизм аппарата, действующий на основе жесткой дисциплины и послушания отлаженно и почти без сбоев. В аппарате ЦК не принято было никоим образом выделять персонально деятельность того или иного работника, каждый был лишь маленькой частью, тем самым пресловутым винтиком большого механизма, результаты работы которого были обезличенными и считались коллективными.

Право на имя, на авторство имели преимущественно лишь секретари ЦК, хотя доклады, с которыми они выступали, статьи, публиковавшиеся от их имени в печати, были всегда результатом работы большого количества рядовых работников аппарата.

Не могу не признать, что работа в аппарате ЦК КПСС была хорошей школой укрощения гордыни, воспитания организованности, дисциплины, позволяла владеть анализом тех процессов, которые происходили в стране. Однако утраты были тоже немалые, ибо, с другой стороны, она лишала работника всякой самостоятельности, отучала от инициативы. Превыше всего в аппарате ЦК ценились послушание, исполнительность. Любые попытки каким-то образом выразить свое особое мнение или заявить о своей позиции в выступлениях перед аудиторией или в прессе встречали сначала неприятие, затем сопровождались осуждением, а закончиться могли отлучением от должности. Все эти варианты отношения к инакомыслию мне довелось испытать на собственном опыте.

Существовала лишь весьма небольшая группа работников аппарата, принадлежащих к элите, — это были помощники генерального секретаря, помощники секретарей, членов Политбюро — М. А. Суслова, А. П. Кириленко, — имеющих практически неограниченные права на интеллектуальную эксплуатацию любого из работников отделов, на использование творческой собственности, принадлежащей инструктору, консультанту, завсектором, заместителю или заведующему отделом. Время партийного правления Л. И. Брежнева, особенно в последние годы, с большим основанием можно именовать временем аппаратного всемогущества помощников. Думаю, это было неизбежно, ибо, чем инертнее и беспомощнее в интеллектуальном и физическом отношении оказывались хозяева, тем ретивее, смелее становилась челядь, особенно из числа особо приближенных к первым лицам.