Жуков всем видом показал, что не согласен со мной, но пока помалкивал. Здорово подозреваю, что он в курсе: что случилось с Хрущевым. Так что пусть пишет свои мемуары, но более честные и подробные. Особенно того, что касается предвоенных лет. Василевский же категоричен:
— Мало! Только бойца научим, так уже пора увольняется.
На меня все с некоторым ехидством посматривают. Что есть ответить заслуженным полководцам?
— А я скажу так, товарищи военные. Что за армия такая, что не может обучить подготовленного здорового призывника за год службы? Что за офицеры, горе-инструкторы, штабные руководители с личным составом работают? Это же не дурачки из деревни образца двадцатых годов. Образованные и физически развитые молодые люди. Такой вопрос не задавали сами себе? Солдат — это не генеральский раб, чтобы выполнять прихоти высшей военной касты. Обслуживая их семьи, возводя дачи или надраивая до блеска адмиральский катер. Или думаете, я не знаю, как у нас привыкли использовать срочников? Бесконечные хозяйственные работы, что могут выполнять специально обученные люди за меньший срок и меньшими средствами. Бессмысленное постоянное наведение порядка там, где творится беспорядок. Нам что важнее? Ровные ряды кроватей, вылизанные дорожки, покрашенные бордюры или обученные воинским премудростям солдаты? — эк их проняло! Поднимаю предостерегающе руку, обводя заслуженных ледяным взглядом. — Не спешите, товарищи. Порядок должен быть, но уделять ему так много времени кощунственно. Страна отрывает от себя здоровые молодые руки, умные головы. А ведь они крайне нужны сейчас нашему народному хозяйству, которое переживает настоящую революцию. И не забываем про отрыв от учебы, да и девушки на нас в обиде.
Маршалы в конце моего спича улыбнулись.
Конев покачал головой:
— Не передергиваете, Леонид Ильич? Не слишком велика забота о простом воине? С каких пор русский солдат у нас из сахара делается? Кто же тогда Родину защищать будет?
— Невелика, Иван Степанович! Вы вот мне другое скажите. Откуда у наших доблестных красных командармов еще в довоенные годы взялись такие неподобающие красному командиру черты, как чванство, барство и неуважительное отношение к солдату? С чего это они взяли, что солдатика можно использовать как дармовую рабочую силу? Не уважать его, как гражданина советской страны, а сознательно ставить его на низшую социальную ступеньку. В армию идут служить, а не прислуживать! Не попахивает ли сие, товарищи маршалы, Тухачевщиной? Не забыли, какими суровыми методами перед войной освобождались от этой заразы? И все равно оказались не готовы из-за предательства и саботажа красных командармов.
Враз засуровели ветераны лицами. А мне только это и надо, чтобы не изображали из себя невъепенных гениев. Рокоссовский глянул в мою сторону так нехорошо. Вспомнил, как после ареста ему выбили девять зубов, сломали три ребра, молотком били по пальцам ног, а в 1939 году и вовсе выводили во двор тюрьмы на расстрел и давали холостой выстрел. Есть ему, за что обижаться. Но я помню и другое. По утверждению главного маршала авиации Александра Голованова в 1962 году Хрущёв попросил маршала Рокоссовского написать статью о Сталине в духе решений XX съезда. Рокоссовский ответил: «Никита Сергеевич, товарищ Сталин для меня святой!». На следующий день его окончательно сняли с должности заместителя Министра обороны СССР. В другой раз Рокоссовский вместе с Головановым на каком-то банкете отказались чокаться с Хрущёвым. Больше их на такие приёмы не приглашали.
Так что проехавшись по жестким загривкам залуженных полководцев, чтобы особо не забывались, я тут же перешел к делу. Объясняя, что же на самом деле скрывается за поистине масштабнейшей в 20 веке реформой. Да, мы хотим сократить число военнослужащих. Потому что их слишком много для мирного времени. Но мы не снижаем боеготовность кадровых сил и возможности мобилизации. Я представляю заранее заготовленные плакаты, методички и показываю графики, отвечаю на дотошные вопросы. Вызываю офицеров из «Центра», что на пальцах объясняют полководцам прошлого современные методы подготовки и насколько сильно будет повышены огневые возможности новых взводов и батальонов. Маршалы лишь цокают языками, им во время войны такое и не снилось. Затем крепко задумываются.
— Но подготовка такого количества центров ДОСААФ ведь недешева? Получится ли подобная отрывистая военная подготовка эффективной?
— Георгий Константинович, часть материальной базы уже существует. И вспомните предвоенный Осоавиахим. Насколько он помог советской молодежи подготовиться к войне. Сколько оттуда ценных кадров вышло! — беру бумажку. — Только Московская городская организация Осоавиахима подготовила свыше 383 тысячи военных специалистов, в том числе — снайперов — 11233, связистов — 6332, станковых пулемётчиков — 23005, ручных пулемётчиков — 42671, автоматчиков — 33102, миномётчиков — 15283, истребителей танков — 12906, бронебойщиков — 668. Клуб служебного собаководства вырастил, обучил и передал Красной армии 1825 служебных собак. Более 3-х миллионов москвичей прошли в организациях Осоавиахима подготовку по ПВХО.