Так что полевые цветы на столе и фрукты не по сезону были заказаны заранее. Первоцветы оказией привезли пограничники с Иранской границы. Там уже вовсю идет весна. Ананасы, персики, виноград и прочие сласти, оказывается, достать в Москве не проблема. Была бы валюта! Вот как. Дела обстоят. Иностранцу в СССР живется лучше всех! Ему везде без очереди, отдельные и благоустроенные гостиницы, обслуживание, транспорт, обхождение.
Я понимаю, что в тяжелые годы СССР остро нуждался в наличной валюте, но система Интуриста в итоге породила и массу перегибов. Да и фарца как раз в эти времена начала расцветать. При полной поддержке чекистов и ментов. Агенты им понадобились! Идиоты в погонах. Хотя надо признаться, что черный рынок всего лишь смазка между трущимися механизмами. Лечить тут проблему нужно иначе. Мерами экономическими. Создать, что ли, для начала сеть магазинов за «валентные рубли»? Их можно заработать, обменять привезенную валюту или вовсе купить по специальному курсу. Тогда фарцовка потеряет всякий смысл. Насытим рынок, утилизируем лишние рубли и создадим стимул. С ростом благосостояния и производства сеть можно убрать или реформировать.
Но как бы то ни было, управляющий Цековскими делами договорился обо всем с Внешторговскими. И по моей просьбе заплатил организации валютой. Оказалось, что она имеется на лицевом счете Первого в ЦК. Положено выдавать в зарубежных командировках, а я почти не тратил. Интересно узнать, сколько там денег? Пусть те, кто роет под меня компромат, будут в курсе, что Ильич честен и щедр. Три раза ха-ха! Открытки мне сообразили помощники. Есть в ЦК своя типография и другие возможности. Да и праздник всеобщий, поздравляют в Союзе всех женщин. Эта традиция с дополнительным выходным осталась и в будущем.
Витя, ахнула, когда нашла меня на кухне в фартуке и с лопаткой в руках, а на столе заметила большущий букет разномастных цветов. Она остановилась в нерешительности и не знала, к кому сначала подойти. Но муж подождет. Цветы в марте интересней. Это вам не заурядный дохлый букет мимозы или несколько вялых гвоздичек.
— Какое чудо! Ты где их достал?
Виктория Петровна вдыхала аромат свежих цветов, еще недавно нежившихся под палящим солнцем Туркмении. Было заметно, что такой утренний подарок её тронул. И меня кольнуло в сердце. Это уже настоящий Ильич нечто эдакое вспомнил. Широкой он был души человек, но радости с горестями не забывал.
— Понравилось?
— Ты помнишь!
Меня горячо обняли. Сколько пришлось пережить этой женщине! И не развестись, и детей не бросить. Проклятая политика, она не оставляет шансов на обычное человеческое счастье.
— А я блинчики приготовил. На гречишной муке, как ты любишь. И варенье абрикосовое.
В благодарность чмокнули в щечку.
— Тогда пошли за стол. Надо к обеду еще готовиться, дети приедут с внуками.
Блинчики мне понравились. Пришлось встать пораньше и припрячь кое-кого. Я бы и сам смог, столько времени один жил, многому научился. Но не хотелось ударить лицом в грязь.
— Лёня, а что это за цветы? Я не все узнаю. Пахнут как у нас на Днепре, но какие-то немного другие.
Буха без задней мысли:
— С юга!
Витя задумывается:
— Никак из Африки? Где сейчас еще тепло?
Посмеиваясь, наливаю чай обоим:
— У нас и без Африки страна огромная. Подарок от пограничников.
Виктория Петровна ахает и уходит в гостиную за очками. Но вскоре прибегает обратно:
— Лёня, а фрукты тебе, что ли, моряки привезли?
Смеюсь, но правды не открываю:
— В Москве, как и в Греции есть все.
Витя не верит, качает головой. Не избалованы еще супружницы Небожителей «дарами природы». Тут намного наглее действует второй эшелон, да детки «золотой элиты». Но ими мы займемся позже. Я считаю так: если ты бесполезен для страны, то какая ты к чертям элита? Пару десятков охламонов показательно выпорем, остальные поймут. Ну не тянет у тебя сынок или дочка в руководящем ранге, так не мучай жопу! Пусть займутся чем-то средним и приятным. Должностей для синекуры в стране хватает. Главное, чтобы вреда было поменьше.
— И как его есть?