Очень интересный возникает вопрос: как они и их визави с Британских островов из этого дерьма выплыли? Последние и вовсе стал к новому тысячелетию важнейшим финансовым центром мира. Все их дутой ВВП построено на биржевых спекуляциях, страховании и прочем консалтинге. То есть они вошли в постиндустриальную эпоху, надув некий глобальный пузырь. Так что сейчас я первыми начну топить англичан. Хрен вам, а не биржи! Как только заработает СВР, там появится целый «Английский отдел». И первыми мы начнем хреначить МИ 6! Методично выбивая явки, пароли, агентов. Пусть и с помощью прокси. Никаких договоренностей! Эта злобная смесь разведки и финансового бизнеса должна умереть! Да поможет нам ИРА!
Из-за послевоенной деиндустриализации в горнодобывающей, тяжелой и обрабатывающей промышленности доля Великобритании в глобальном производстве к 1973 году упала до 4,9% — столь низких показателей не было в стране на протяжении 150 лет со времен Промышленной революции в 1870-х годах. Пик кризиса пришелся на середину 1970-х, когда мировые цены на нефть взлетели в четыре раза. Британская экономика впала в затяжную рецессию. В 1973−74 годах произошел крах фондового рынка, а банковский кризис привел к 20-процентной инфляции. В итоге премьер-лейборист Гарольд Вильсон был вынужден обратиться в Международный валютный фонд за кредитом в размере £2,3 млрд в обмен на снижение госрасходов.
В 1981 году Тэтчер, пришедшая к власти после эпохи лейборизма, отменила валютный контроль, что сделало Лондон открытым для зарубежных инвестиций, а Великобританию — ведущей финансовой державой. По сути, современный лондонский Сити — это детище Тэтчер. Премьер-министр также более чем в два раза снизила максимальную ставку подоходного налога — с 83% до 40%. Справиться с дефицитом бюджета помогло сокращение социальных расходов, включая траты на образование, ЖКХ и урезание субсидий дотационным регионам. Для развития частного предпринимательства Тэтчер снизила налоги для богатых, ставки сократилась и для обычных британцев. Это привело к тому, что к концу правления Тэтчер в стране насчитывалось от 12 до 15 млн акционеров. К 1987 году уровень безработицы в Великобритании сократился до 3 млн человек, а к концу 1989-го она снизилась до 1,6 млн. Размер заработной платы населения рос — примерно на 2% ежегодно.
Сейчас вы догадались, против какой фамилии стоит еще один крестик?
— Леонид Ильич, прокурор прибыл.
— Зови.
— Разрешите?
— Проходите Роман Андреевич.
Встаю, пожимаю руку человеку в синей форме. Прокурор СССР Руденко личность знаменательная. Проводил репрессии, затем сам их и расследовал. Главный обвинитель от СССР на Нюрнбергском процессе в 1945–1946 года. В 1953 году фактически возглавлял следственную группу по делу Л. П. Берии и его сообщников. По предложению Руденко 4 мая 1954 года была создана Центральная комиссия по пересмотру дел осуждённых за «контрреволюционные преступления». То есть человека причудливо мотало со всеми изгибами советской политики. Знает себе цену, как и многим ныне высокопоставленным лицам. Но сейчас он тих и собран. Смотрит на меня абсолютно преданными глазами.
Видимо, и до прокураторы дошли слухи, что за Брежневым не заржавеет из «товарищей» перевести в «граждане». Пушистый кот по недогляду оказался не домашним. Начальника 2-го Главного управления КГБ генерала Банникова уже сняли с должности и интенсивно допрашивают как раз люди из прокуратуры. КГБ дело о прослушивающих устройствах в ЦК я отдавать не стал.
— Роман Андреевич, как у нас идут дела по прослушке? Только давайте, пожалуйста, без воды.
Руденко тут же открыл папку:
— Честно говоря, Леонид Ильич, глухо. Банников, похоже, сам был не в курсе.
— А кто тогда?
Прокурор СССР ответил с некоторой заминкой:
— Судя по технике, её ставили в начале пятидесятых. После стольких сокращений в органах концов не найти.
Судя по его взгляду, дело не только в сокращениях. Кого-то тогда почикали или упекли. А исполнителей вполне возможно «исполнили» сразу.
— Тогда оставьте, этот материал мне.
Руденко удивлен. По закону он не имеет права, но не забывает, в чьем кабинете находится, и судьбы Банникова себе не желает. Я прячу материал в стол. Есть кому его отдать.
— Что-то еще?
— По поводу дачи в Зарядье. Кажется, появились зацепки.
Вот это любопытно. Забрать себе или пусть профи поработают? Склоняюсь ко второму. Доверие Руденко мне еще понадобится. И вряд ли с его жизненным опытом он своими знаниями поделится с кем-то еще.