— Элис, — произнесла она. — Элис Вейнмарк.
— Вы тоже из старшего научного состава? — спросил я, стараясь придать голосу максимально нейтральный тон.
— Нет, — она покачала головой. — Я из младшего. Генный биолог. Не самый плохой, как я могу судить. Работала в паре с... — она запнулась, и в её голосе на секунду прорезались живые нотки. — С Кайлом Тернером.
— И где он сейчас? — спросил я, хотя уже догадывался об ответе.
Элис снова замолчала. Её шаги стали чуть медленнее, будто ей требовалось собраться с силами, чтобы говорить дальше.
— Он спас меня, — сказала она наконец. Голос звучал ровно, но теперь в этой ровности чувствовалось не безразличие, а колоссальное, нечеловеческое усилие. — Мы были в жилом отсеке, когда всё началось. Он... дал мне время добежать до двери.
Она не стала продолжать, и я догадался: Кайл Тернер остался по ту сторону той самой двери, на которой чья-то обезумевшая рука выжгла «НЕ ОТКРЫВАТЬ». Судя по всему, он был ей небезразличен, как, впрочем, и она ему, раз он пожертвовал собой.
— Мне очень жаль, Элис, — сказал я.
Она не ответила, погрузившись в свои мысли. Мы шли дальше в тишине, нарушаемой только визгом сервоприводов Беккера и нашим дыханием. Но через минуту я не выдержал и задал следующий, самый важный вопрос.
— Элис... они знают, о чём мы сейчас говорим?
— Да, — ответила она. — Они знают.
— Они контролируют ваши ответы?
— Через меня они общаются, — её спокойствие было пугающим, будто она объясняла ребёнку очевидные вещи. — Но то, что произошло здесь... им незачем врать об этом. В каком-то смысле они гораздо честнее людей, которые здесь остались.
В общем канале кто-то из солдат сдавленно выругался.
— Честнее? — переспросил я, понизив голос до минимума, чтобы слышала только она. — Элис, они вас едят. Я видел, что осталось от ваших коллег. И вы называете это честностью?
Она повернулась ко мне. Её лицо оставалось абсолютно спокойным, но в глазах, в самой их глубине, плескалась такая бездна отчаяния, что у меня перехватило дыхание.
— Люди убивали друг друга за идеи, за ресурсы, за власть, — тихо сказала она. — Убивали и при этом говорили о мире, прогрессе, светлом будущем. А мои… подопечные… убивают, потому что хотят есть. Это честно. Чистая биология. Без лицемерия.
Я не нашёлся что ответить. В её словах крылась страшная, чудовищная правда. Перед лицом такой простой, биологической необходимости вся наша политика, вся мораль, все высокие слова рассыпались в прах.
— Я не понимаю, — я тряхнул головой, прогоняя наваждение. — В комплексе же есть запасы провианта. Зачем убивать людей, если можно питаться этим?
— Эмерик, то, что вы видели… — Она сглотнула, и её кадык дрогнул. — Их способности, наверное, показались вам чем-то фантастическим. Но то, что они делают, называется псионикой.
— Псионикой? — переспросил я. — Никогда не слышал о таком.
— Это потому что у людей нет к ней предрасположенности. И вряд ли она появится естественным путём. — В её голосе проступил научный интерес, не заглушённый ментальным контролем. — Псионика требует колоссальных затрат энергии. Она разгоняет метаболизм до предела. Им нужно постоянно есть. Очень много есть.
— Вы всё равно не ответили на мой вопрос.
— Еда… понадобится для других целей, — сказала она нервно. — Но я забегаю вперёд. Скоро вы сами всё узнаете.
— Элис. — Я остановился и схватил её за локоть. Гидравлика гибрида сжала пальцы с силой, но я заставил себя ослабить хватку. — Я хочу помочь вам. Всем вам.
Она посмотрела на мою бронированную перчатку, сжимающую её руку, потом подняла глаза на мой шлем.
— Тогда сделайте так, как они хотят, — просто сказала она.
И замолчала, ясно давая понять: разговор окончен. Я отпустил её локоть, и мы снова двинулись вперёд.
Наконец мы дошли до конца помещения. За очередной перегородкой открылось просторное пространство, залитое тусклым аварийным светом. В центре возвышался массивный цилиндрический механизм — реактор. Он тихо гудел, излучая ровное тепло, которое мои сенсоры уловили сразу. Сердце комплекса, дающее энергию всему этому месту. Теперь понятно, почему капсулы стояли здесь: для крионики нужно много энергии, логично было расположить их поближе к источнику.
Рядом с реактором, в специальной нише, тускло мерцал огнями вычислительный центр. Массивная стойка с серверами, которая, я надеялся, хранила всю информацию об этом проклятом проекте.
Элис прошла вперёд и остановилась перед нами, лицом к вычислительному центру. Она подняла руки и громко хлопнула в ладоши.