Я выудил детонатор из набедренного кармана. Эстер недоверчиво посмотрела на прибор.
— Ты же не хотел его использовать. С чего вдруг передумал?
— Я не хотел уничтожать сектор с людьми — я посмотрел на багровое табло обратного отсчёта. У нас было пятнадцать минут. — А обвал этого коридора никому не повредит. Но это даст Райхерту время. Никто не вывезет отсюда «оружие», пока они не раскопают этот чёртов проход.
Я кое-как подпрыгнул на мёртвых сервоприводах, ухватился здоровой рукой за край вентиляционной решётки и, подтянувшись, защёлкнул магнитный захват детонатора на несущей балке. Эстер посмотрела на меня с тенью уважения в глазах.
— Умно, капитан. Очень умно. Хватайся за скобу. Сейчас будет громко.
Мой экзоскелет был почти мёртв. Сервоприводы в коленях заклинило, гидравлика вытекла, и титановый каркас превратился в бесполезный груз, который я волочил за собой. Но магнитные захваты на ботинках — отдельная, простейшая система — ещё держались на резервной батарее, вшитой в подошву. Часа на два, не больше.
Я с тяжёлым лязгом «приварился» к палубе, до хруста в суставах вцепился здоровой рукой в техническую скобу. Эстер, не теряя ни секунды, вогнала фиолетовое лезвие в металл пола, превращая рукоять клинка в стальной анкер. Плазма под её пальцами опасно подрагивала, выплёвывая снопы искр — я понимал, что через минуту-другую батарея её костюма сдохнет окончательно и мы останемся без защиты.
— Держись! — выкрикнула она, и её пальцы сомкнулись на жёлтом металле.
Когда Эстер рванула рычаг, избыточное давление азотной дури, которое «Ванечка» заботливо нагнетал в туннель всё это время, сработало против него. Дверь превратилась в поршень. Её не просто открыло — её выстрелило наружу, сорвав с петель чудовищным пневматическим ударом.
Поток воздуха за долю секунды разогнался до около сверхзвука, превращаясь в ревущий кулак. Мои барабанные перепонки едва не лопнули от резкого перепада, а плечо рвануло так, будто меня пытались четвертовать. Если бы я не был генетически подготовлен к подобному, то сразу бы умер. Когда гул стих и давление выровнялось, я покосился наверх. Детонатор висел на месте, индикатор мерцал ровным красным — магнитный захват выдержал. У нас оставалось уже четырнадцать минут. Мы осторожно заглянули внутрь. Зрелище впечатляло: охранных андроидов в зале за шлюзом буквально впечатало в противоположные стены, превратив в груды искореженного искрящего металла.
— Не расслабляйся, — Эстер первой переступила через порог. — Хватай винтовку. Нам нужно отойти хотя бы на сотню метров, прежде чем таймер подорвёт коридор.
Она подхватила с пола уцелевшую импульсную винтовку и коротким, уверенным жестом бросила её мне. Я поймал оружие здоровой рукой, едва не взвыв от того, как отозвалось заклинившее плечо. Проверил индикатор заряда — тусклый зелёный свет подтвердил готовность. Не глядя на боль, уже ставшую привычным фоном, я заставил свой искрящий каркас двигаться вперёд.
Эстер подобрала вторую винтовку и поравнялась со мной, ведя стволом по сторонам.
— Я уж думал, мы в том коридоре и останемся, — прохрипел я, сглатывая привкус меди.
— Я вынесу эти данные любой ценой, Эмерик, — отрезала она. Голос был ровным, как у машины.
— Даже ценой моей жизни?
Она вскинула приклад выше и прибавила шагу, обгоняя меня и заставляя снова смотреть себе в затылок. Как солдат, я понимал её: миссия всегда была выше людей. Но как человек принять это не мог. Возможно, мне не было бы так больно, если бы я не испытывал к ней этот дурацкий, необъяснимый интерес. Хотя… будь она другой, более мягкой или предсказуемой, этого интереса, скорее всего, никогда бы и не возникло.
Мы продвигались дальше, и я буквально кожей чувствовал, как утекают минуты до взрыва. Каэл говорил, что в ночное время здесь нет никого, кроме андроидов. Был только дежурный врач, но он находился дома — его могли вызвать в любой момент. Шахты были где-то рядом. К нашему счастью, переборки здесь шли одна за другой, позволяя двигаться почти по прямой, но я понимал: последний бой уже дышит нам в затылок.
Когда мы заглянули за очередной поворот, реальность подтвердила мои худшие опасения. Десять андроидов застыли мёртвыми изваяниями, перекрывая вход в запечатанный шлюз. Я мельком взглянул на Эстер. Штурмовая винтовка в её руках едва заметно подрагивала — под титановой броней скрывалась такая же запредельная усталость, как и у меня. Мы оба были «улучшенными», и только это ещё не позволяло нам рухнуть, но и у металла, и у плоти был свой предел.
— То, что на этом чипе… оно правда поможет спасти людей? — спросил я, не сводя взгляда с врага.