— В самом деле? — я вскинул бровь.
— Да. Вы всегда были для меня образцом. Тем, кем я сам хотел бы стать. Наверное, поэтому я так настойчиво искал вашего расположения.
Я открыл было рот и тут же его захлопнул. Так вот откуда это странное ощущение назойливости. Я годами раздражался, думая, что он просто выполняет обязанности с чрезмерным, маниакальным упорством, а дело было в другом. Это проясняло всё. Особенно его вечное, едва скрытое осуждение моей дружбы с Максом. Неужели он просто завидовал штурману?
— Мне нужно переварить то, что произошло, — произнёс я, стараясь вернуть голосу твёрдость. — А тебе — приступить к своим обязанностям.
Я увидел, как Айзек поник, и добавил уже мягче:
— Потом, когда будет время, мы обсудим это ещё раз.
Побитый вид помощника тут же сменился робким проблеском надежды. Он выпрямился, чеканя слова:
— Так точно, сэр. Я немедленно займусь инвентаризацией орудий и расчётом ресурсов. Оценю урон корпусу и поставлю задачи ремонтным андроидам — пусть латают нас изнутри, пока есть возможность.
Он на мгновение замялся, бросив на меня быстрый взгляд:
— И не вините себя за то, что случилось, капитан. Главнокомандующий — человек непредсказуемый. Вы бы всё равно не смогли на него повлиять.
— Я знаю, — сухо отозвался я.
Айзек отдал честь и покинул мостик. Как только двери с шипением сошлись, я наконец позволил себе расслабиться. Плечи осунулись, спина скрутилась, и я устало уронил лицо в ладони. Я пытался буквально стереть с себя ту безумную тяжесть, что навалилась за последние часы, но она въелась под кожу.
Все мысли, которые я старательно гнал прочь во время боя, теперь обрушились на меня лавиной. Я чувствовал себя стариком, прошедшим долгую и грязную войну, хотя рассудком понимал: это только её начало. Жертв будет ещё много. И невинных среди них — большинство.
Единственный способ остановить это безумие — вытащить этот чёртов корабль со дна метанового моря и ткнуть в него носом всех, кто будет строить из себя неверующих. Я медленно покачал головой. Нет, невозможно. Всё равно найдутся те, кто не пойдёт за Райхертом. Аккольти, Идрис, тот же Ломарк… Эстер была права: они повязаны деньгами и кровью. Они будут отрицать очевидное до самого конца. Даже если мы убедим половину флота, вторая половина вцепится нам в глотку, защищая интересы СПСС.
Замкнутый круг. Сегодняшнее сражение у космопорта было лишь прелюдией. Теперь уже без разницы, когда грянет настоящая битва — сегодня или через пару дней. Райхерт просто сам выбрал место и время, чтобы её начать.
Я заставил себя подняться и снова «закрыться». Убиваться сейчас — делу не поможет и людей не вернёт. Нужно было заняться делом, а уж потом предаваться рефлексии.
Времени оставалось в обрез. Больше всего на свете хотелось уйти к себе, залезть под горячий душ, сменить это рваньё и хотя бы час подремать. Я не спал больше суток, и только хороший отдых накануне не давал мне окончательно рухнуть. Мысль была соблазнительной, но оставалось ещё одно дело. Нужно было проверить Лору.
Да, она закатила истерику в самый неподходящий момент, но Эстер не имела права так с ней поступать. Я мог бы отложить этот разговор, но чувствовал: нужно сейчас. Лора была одной из немногих, кто с самого начала встретил меня на «Генезисе» с теплотой. Она поддерживала меня, и я не мог отплатить ей равнодушием. В конце концов, здесь, на «Вестнике», она была так же одинока, как я когда-то среди людей Райхерта.
Я вышел с мостика и направился в жилой отсек. Ноги поначалу налились свинцом и шагали вяло, но я заставил себя прибавить ходу, возвращая уверенность и телу, и мыслям. По пути попадались солдаты; я приветственно кивал, когда они отдавали честь. Осуждающих взглядов я не ловил, и это радовало — Карр действительно железной хваткой держал дисциплину на корабле.
Дойдя до каюты Лоры, я помедлил пару секунд, собираясь с духом, а затем запросил разрешение на вход. Дверь почти сразу бесшумно ушла в сторону.
Я вошёл внутрь и по привычке военного тут же оценил обстановку. Каюта Лоры была чуть просторнее и уютнее, чем у Эстер, — уж не знаю, совпадение это или чья-то воля. Лора сидела в углу на небольшом стуле перед выдвижным столом, на котором лежал её рабочий планшет. В руках она сжимала электронную сигарету.
— Прости, я сейчас погашу, — быстро произнесла она, заметив мой взгляд.
Я решил проигнорировать это нарушение устава. Устало опустился на край её кровати и качнул головой:
— Нет, оставь. От одного раза корабль не развалится.
— Боюсь, это уже далеко не первый раз, — тихо ответила Лора.