— К слову о мутациях, — отреагировал Каэл, пристально разглядывая её профиль. — Ты ведь и сама умеешь менять цвет глаз. Честно говоря, я о таком никогда не слышал и думал, что это какая-то новая, продвинутая генетическая модификация.
— Нет, — Эстер качнула головой, и её зрачки заметно потемнели. — У моей матери была врождённая гетерохромия. Мне это передалось в виде искажённой, неправильной мутации. Обычно я могу осознанно контролировать этот спектр, но когда меня обуревают сильные эмоции, удерживать изначальный цвет становится слишком сложно. Я выдаю себя.
— Так к чему в итоге привёл ваш проект? — перебил я их от нетерпения. Я хотел уже дойти до сути.
— К тому, о чём тебе, скорее всего, и поведал Цилий, — Эстер печально усмехнулась. — Официально — к нескольким неплохим генетическим улучшениям для солдат. Но для меня проект не дал никаких ответов. Создатель, как я тогда подумала, окончательно потерял интерес к этой затее. Но позже, используя наши наработки, он развернул свой проект на Пане. Только в этот раз он не стал никого осеменять и тратить драгоценные годы на ожидание, роды и выращивание гибридов. Он поступил проще и грубее: сразу брал взрослых людей с подходящим мутагенным профилем и насильно вживлял в них свою чистую, неоткорректированную ДНК.
Она повернула голову ко мне:
— Итоговый эффект ты видел сам, Эмерик. Человеческие тела попросту не выдерживали такого давления. Эти существа обладали колоссальной псионической силой, куда большей, чем у меня, но моментально мутировали, полностью теряя человеческий облик. Для тайных, деликатных миссий они были непригодны. Зато как штурмовой десант… Это было бы самое логичное применение.
В её голосе прорезались холодные, расчётливые нотки:
— Представь себе тысячи таких безумных, неуправляемых монстров, выпущенных прямо внутрь корабля-дома Пожирателей. Они бы смели защитников своей направленной, дикой яростью. А те, кто выжил бы в первой волне, сжирали бы трупы врагов прямо на ходу, чтобы моментально восполнить резервы своего истощённого метаболизма. Идеальное, не знающее пощады биооружие, которое нужно было лишь направить в цель чужой ментальной волей.
Не давая нам опомниться и отреагировать на свои слова, которые уже нарисовали в моей голове чудовищную картину, Эстер остановилась возле боковой переборки. Она точно так же, как и прежде, прижала раскрытую ладонь к гладкой белизне и замерла.
В этот раз стена поддавалась неохотно. На лбу Эстер выступила крупная, липкая испарина, её плечи напряглись — было видно, что ИИ сопротивляется изо всех сил. Свет в коридоре даже пару раз моргнул, проседая по питанию. Наконец проход нехотя раздвинулся в стороны.
Мы попали внутрь огромного сферического зала диаметром около двадцати метров. Пол, стены и потолок здесь плавно перетекали друг в друга, создавая ощущение замкнутого яйца. В самом центре зала высились несколько вертикальных колонн, уходящих под потолок. Я понятия не имел, что это за материал: внешне он напоминал полированный обсидиан, но был полупрозрачным. Внутри него, словно в венах, пульсировал густой жидкий свет, лениво переливающийся от бледно-золотого до тревожного рубинового оттенка.
Стоило Эстер подойти ближе, как свет внутри ближайшей колонны запульсировал чаще, будто реагируя на неё.
— Здесь хранятся биокристаллы, содержащие геном, — объяснила она, тяжело опустив руку. — Тут есть как отредактированные версии протолюдей, так и чистые образцы. И, возможно, штаммы тех мутантов с Паны. В любом случае, всё это нужно аккуратно извлечь и вывезти с корабля. Я сниму блокировку с ячеек, а ты, — она резко указала пальцем на Каэла, — займёшься сбором, пока мы с Эмериком будем поднимать корабль на поверхность.
Каэл удивлённо округлил глаза, отступая на шаг:
— Я?! Ты думаешь, этот маньяк ИИ мне позволит? Вдруг он нападёт на меня, пока вас не будет в зале?
— Кораблю придётся подчиниться, пока я держу его за горло, находясь здесь, — Эстер раздражённо отмахнулась от его опасений. — К тому же, психологического вреда он тебе не причинит — у тебя в затылке нет нейрочипа.
— Ага, утешила, — нервно огрызнулся брат. — А если он тупо перекроет подачу кислорода в этот сектор и оставит меня здесь задыхаться в одиночестве?
— Хватит! — теряя остатки терпения, грубо оборвала его Эстер. В её голосе прорезались злые нотки. — Просто делай то, что я говорю! Я не могу долго удерживать с ним ментальный контроль. И у меня нет времени и желания на то, чтобы потом восстанавливаться и возвращаться сюда за образцами отдельно! Я и так достаточно потратила сил из-за вашей глупости! Поэтому мы делаем всё и сразу: забираем геном и поднимаем корабль со дна. А на выходе я активирую директиву полной блокировки, заставив его сознание зависнуть на автопилоте, пока я не буду готова прийти сюда снова. Так что давайте не терять драгоценные минуты просто так!