В этот самый момент он повернул голову в мою сторону, и наши глаза встретились. Всего на короткую долю секунды, которой мне хватило с избытком. Я мгновенно узнала Эмерика Имре — того самого неразговорчивого капитана, с которым недавно флиртовала на светском вечере. Интересно, что такой человек, как он, забыл в этом жутком месте?
Не знаю, узнал ли он меня под нависающей тенью капюшона, но он первым разорвал контакт и отвёл взгляд. Судя по тому, как тотчас напряглись его широкие плечи, моя случайная фигура в толпе лишь усилила его настороженность.
Мои губы тронула совсем не свойственная мне улыбка. Обычно я безупречно контролирую любые проявления эмоций, хотя иногда, в самые острые моменты, меня выдают собственные глаза. Внутреннее желание так и толкало меня развернуться, незаметно проследить за ним и выяснить, куда конкретно он собирается направиться. Но я вовремя одёрнула себя. Свободного времени у меня сейчас не было, но интуиция чётко подсказывала: в этом городе мы ещё обязательно встретимся — хотим мы того или нет.
Я двинулась дальше вместе с людским потоком и довольно быстро оказалась у подъёмника. Ввела на сенсорной панели нужный этаж и зашла внутрь. Герметичная кабина резко рванула вертикально вверх, пронзая плотные слои ядовитого смога нижних ярусов. В ушах сразу же неприятно заложило от стремительного перепада давления.
Пока лифт на огромной скорости нёс меня к чистым и благополучным верхним платформам, в голове настойчиво крутилась одна и та же ироничная мысль: «Добро пожаловать в эту маленькую игру, капитан Имре. Обратного пути для вас отсюда уже точно не будет».
Визуалы 6.1
Стырь
7. Эмерик
Больше всего на свете я ненавидел две вещи: носить костюмы и ловить людей на лжи. Сейчас мне приходилось заниматься сразу обоими делами.
Я обречённо оттянул воротник водолазки, с трудом удержавшись от желания сорвать её к чёртовой матери.
— Ты уверен, что это сработает? — спросил я. Синтетическая ткань натирала шею, и с каждой минутой терпеть её становилось всё труднее.
На Айзеке пиджак сидел как влитой. Разумеется. Он вообще умудрялся выглядеть так, словно родился в подобной одежде.
— Предоставьте всё мне, капитан, — ответил он, даже не повернув головы. — Постарайтесь меньше разговаривать и чаще хмуриться. И ещё ваш акцент… — Он помедлил, подбирая выражение помягче. — Вы до сих пор не научились от него избавляться, когда говорите на общепринятом. Контролируйте произношение, иначе возникнут лишние вопросы.
Я закатил глаза. Легко советовать тому, кто никогда не задумывался о том, как звучит его речь.
— Это сложнее, чем тебе кажется. Ты землянин. У тебя таких проблем сроду не было.
Айзек посмотрел на меня через плечо с выражением человека, которому опять приходится объяснять очевидные вещи.
— Просто вы недостаточно стараетесь.
Я тяжело выдохнул и нахмурился, пытаясь придать лицу нужную степень суровости.
Серый пиджак сковывал плечи, а водолазка слишком плотно облегала грудь, подчёркивая развитую мускулатуру. Зато брюки, к моему удивлению, подошли по длине. Стоило отдать Айзеку должное: найти приличную одежду за пару часов было непросто. Комплект не делал из меня богача, но и бедняком не выставлял. Обычный представитель среднего класса — достаточно обеспеченный, чтобы позволить себе хороший пиджак, и недостаточно приметный, чтобы кто-нибудь заинтересовался его состоянием.
Тяжёлые двери бесшумно разошлись перед нами.
Мы вошли в зал, и я сразу понял, что интерьер здесь подбирали люди с безупречным вкусом к деньгам и полным отсутствием вкуса ко всему остальному.
Барокко причудливо переплеталось с высокими технологиями. Под сводчатым потолком лениво плыли голографические ангелы, рассыпая за собой пиксельные шлейфы. Чёрные мраморные колонны подпирали арки, а в их резных капителях торчали излучатели климат-контроля. Оттуда тянуло искусственным холодом. Вдоль стен висели синтетические гобелены с земными пейзажами: лесами, реками, зелёными долинами. Красивые картинки для тех, кто видел подобное только на экране.