— Потому что у нас уже получилось.
Она указала на свои глаза.
Серый цвет радужек начал меняться прямо у нас на глазах. Холодный оттенок словно растаял, уступив место тёплому золотистому янтарю. Через секунду янтарь потемнел, сменился глубоким фиолетовым, а затем уступил место цвету тёмной морской волны.
Я невольно задержал дыхание.
— Я — живое доказательство, — деловито сказала Эстер, не выказывая ни гордости, ни желания произвести впечатление. — Методика сработала на мне идеально. Именно это убедило наших теневых инвесторов открыть кошельки. Сложно отказать в финансировании, когда перед тобой стоит буквально лицо клиники.
Мы с Айзеком переглянулись. Он едва заметно качнул головой, отмечая увиденную аномалию. Бриллуэн же только самодовольно ухмыльнулся. Судя по всему, этот фокус он наблюдал не впервые.
— Очаровательно, правда? — вмешался толстяк, потирая пальцы, унизанные перстнями. — Только представьте, господин Мориц, какие перспективы перед нами открываются! Какое будущее!
Какое, к чёрту, будущее?
Я смотрел на Эстер и чувствовал, как внутри нарастает тревога. Мы пришли сюда, чтобы поймать торговца органами, а теперь перед нами стояла женщина, способная менять цвет глаз по собственному желанию, и рассказывала о нелегальных генетических экспериментах, для которых ей требовались живые люди.
У меня было дурное предчувствие: мы вляпались во что-то куда более масштабное, грязное и опасное, чем обычная операция по поимке чёрных хирургов.
Визуалы 7.1
Этий Бриллуэн
8. Эстер
Я скучающе смотрела в мутный иллюминатор шаттла, покрытый мелкими царапинами. Мы спускались на нижние платформы. Верхний город постепенно превращался в россыпь хрустальных сфер, парящих в ядовитых облаках. Орбитальные рефлекторы заливали их мерцающим светом, превращая в сияющую мозаику из стекла и стали. Красиво и совершенно пусто. Как конфетная обёртка, скрывающая гнилую начинку.
Чем ниже опускался шаттл, тем мрачнее становился пейзаж за стеклом. Позолоченные купола сменились нагромождением грубых металлических конструкций, покрытых коррозией и толстым слоем грязи. Трубы, похожие на артерии гигантского механического монстра, изрыгали клубы едкого жёлтого пара, растворявшегося в вечной кислотной дымке. Стёкла поскрипывали под напором воздушных потоков, а корпус время от времени содрогался от особенно резких порывов ветра.
Этий развалился в кресле напротив меня и всю дорогу не сводил с меня глаз.
— Как вам такая красота, а? — Он указал на иллюминатор, за которым клубился индустриальный хаос. — Такое вам, господин Мориц, наверняка непривычно видеть. Настоящая жизнь системы, без прикрас.
Я бросила взгляд на Эмерика. Он сидел напротив своего помощника, выпрямив спину и крепко сжав челюсти. Судя по всему, изо всех сил удерживался от едкого замечания. В его глазах читалась та же смесь отвращения и бессильного гнева, которую я видела на том злополучном балу на Земле. Вот же дурак. Легенду для внедрения придумать смог, а вот вести себя соответственно так и не научился. Ни капли настоящей надменности, ни того самодовольного лоска, которым дышит каждый порядочный подлец. Слишком честный, как ни посмотри. Все эмоции написаны на лице, выдавая его с потрохами.
Этий же дураком вовсе не был, хоть и старательно прикидывался им, когда это было выгодно. Наверняка уже заметил нестыковки в поведении «богатого сердечника». Вопрос лишь в том, решит ли торговец избавиться от нас по дороге в клинику или доведёт дело до конца, чтобы прикончить чужаков уже на своей территории.
Я сложила руки на коленях и принялась с любопытством разглядывать спутника Эмерика. Тот сидел неподвижно, но глаза его непрерывно перемещались, оценивая обстановку и фиксируя показания датчиков шаттла. С первого взгляда он производил впечатление умного человека. Наверняка помощник с корабля. С одной стороны, капитан поступил разумно, взяв его с собой: у парня явно работала голова. С другой — довольно глупо. При первой же перестрелке он мог стать обузой.
— Ад пуст. Все бесы здесь, — пробормотала я себе под нос, глядя на жёлтые облака за окном.
Эмерик, сидевший справа от меня, резко повернул голову. Наши взгляды встретились. Судя по выражению его лица, он явно не ожидал услышать от меня подобную фразу. Я едва заметно улыбнулась и уже громче обратилась к Этию: