— Ну теперь-то вы наконец довольны? — раздался за нашими спинами голос Бриллуэна.
Он не стал заходить в коридор вслед за нами, предусмотрительно оставшись у открытых дверей лифта. Впрочем, это не мешало ему говорить громко и раскатисто, так что голос разносился под сводами.
— Вот мы и на месте. Ты ведь так хотела увидеть мои запасы плоти, доктор Арден? Хотя позволь уточнить одну маленькую деталь, дорогая. Ты вообще правда доктор?
Я прошла вдоль нескольких капсул, демонстративно игнорируя Этия, и остановилась возле одной из них. На мерцающей панели управления горела короткая техническая надпись: «Полидактилия. Стабильно. Готов к извлечению».
За обледеневшим стеклом смутно угадывался мужчина лет сорока с грубыми, натруженными чертами лица. Его правая рука безвольно лежала вдоль тела. На ней отчётливо виднелись шесть пальцев.
— У меня действительно есть медицинское образование, — ответила я, не отрывая взгляда от застывшего лица. — Иначе как бы я могла с такой точностью рассказывать обо всех этих мутациях? Хотя сильно сомневаюсь, что ты вообще понял хотя бы половину моих слов.
Он мерзко усмехнулся.
— Ну куда уж нам, простым людям, до вашего марсианского образования. Я человек незамысловатый. Но прекрасно чувствую, когда меня пытаются обмануть.
— Правда, что ли? — Я медленно повернулась к нему, оставив капсулу за спиной. — Какая феноменальная проницательность для торговца потрохами. Поздравляю. И что же, по-твоему, будет дальше?
Моё полное безразличие заметно смутило толстяка. Я держалась так, словно в ловушку угодил он сам, а не наша группа. Похоже, он рассчитывал увидеть испуг, панику или мольбы о пощаде. Вместо этого получил брезгливое любопытство.
Тут и Эмерик, похоже, решил сбросить навязанную маску.
— Что всё это значит, Бриллуэн? — громко спросил он.
Этий переключил внимание на капитана. Его лицо даже просветлело от искренней радости: наконец-то он дождался той реакции, ради которой всё и устроил.
— Мориц, уж простите великодушно. Обычно я гораздо терпеливее веду переговоры с потенциальными клиентами и никогда не позволяю себе ничего подобного. — Он сделал паузу, явно смакуя момент мнимого триумфа. — Но вы меня там, в саду, уж больно сильно выбесили. Открыто угрожать мне расправой? Подобную дерзость я могу стерпеть разве что от действительно влиятельных шишек из СПСС. Хотя, признаться, у вас обоих был вполне реальный шанс уйти сегодня живыми. Если бы вы только не согласились на эту совместную авантюру с доктором.
Он снова сально взглянул на меня. В его глазах мелькнуло нечто совсем грязное, похотливое.
— Хотя я вас прекрасно понимаю. Рядом с такой породистой женщиной любому дураку хочется покрасоваться. Ну и как, скажите на милость, стоит она того, чтобы за неё сдохнуть?
Эмерик сделал пару шагов вперёд. Кулаки сжались вдоль тела.
— Зачем вы похищаете людей? — потребовал он.
— Потому что, как совершенно верно заметила ваша спутница, спрос рождает предложение. За этих уникальных мутантов платят в разы больше, чем я заработал бы, даже если бы распродал их по частям на органы. — Он равнодушно пожал жирными плечами. — Да и кому вообще сдалось это отребье? Откуда у вас, черт возьми, такой внезапный интерес к этой швали?
— И что вы делаете с ними дальше? — спросила я с неподдельным интересом.
— Помимо того, что продаю? Понятия не имею. Да и знать, честно говоря, не хочу. Совать нос в тёмные дела заказчика вредно для любого бизнеса.
Я не удержалась от смешка, который всё это время так и просился наружу. Этий прожёг меня бешеным взглядом.
— Ты сам ничем не лучше этих людей, — надменно произнесла я, кивнув на капсулы. — Наверняка когда-то был мелким бандитом с нижних платформ. Скажи, тебе самому не противно продавать своих?
Он раздражённо отмахнулся, но в его глазах на миг мелькнула такая глубокая обида, что сыграть её было бы непросто.
— Либо ты дохнешь в дерьме, но остаёшься честным человеком, либо вертишься как можешь, устраивая свою жизнь, но превращаешься в подонка. — Он провёл ладонью по лицу. — Мне пришлось сделать не одну генную операцию, чтобы убрать кислотные ожоги, которые я получил, пока гнил здесь. Но такие высокородные твари, как вы, никогда меня не поймут. Вы способны только брать и брать. Так что не вам меня судить.
Он внезапно замолчал. Его глаза на секунду остекленели — сработал нейроинтерфейс, принимая входящее сообщение. Мерзкая улыбка медленно поползла по лицу.
Через пару секунд за его спиной снова открылись двери лифта. Из кабины вышли двое крепких мужчин в тёмной одежде. В руках они держали компактные импульсные пистолеты. Судя по всему, наёмники Синдиката.