— Ох, я даже думать не хочу, что там происходит, — Риггс поёжился, хотя в «скелете» должно быть довольно тепло. — А ты, Ларк, только нагнетаешь. Насмотрелся своих древних хорроров и теперь пугаешь меня.
— Ничего нельзя исключать, — произнёс я, обводя взглядом группу. — Мы не знаем природу этого… заражения. Не знаем, как оно передаётся, как действует, можно ли его остановить. Но одно мы знаем точно: эти люди понадобились им для чего-то. И мы должны узнать, для чего именно. А для этого нужно попасть в центральное помещение. Там же должны быть главные серверы, основные записи и результаты исследований.
— И как мы пройдём дальше? — Беккер обратился ко мне. — Я напомню: коридор запечатан намертво.
— Нам не обязательно выходить через дверь, — сказал я, подходя к стене и проводя рукой по композитной панели. Мои сенсоры тут же подсветили структуру материала, вывели на визор данные о толщине и прочности. — Кейра, эти панели… они крепятся на каркас. Из чего они сделаны? Какая у них несущая способность?
Кейра раскрыла чертежи комплекса и отозвалась:
— Композит C-7. Углепластик с керамическим напылением. Прочный, но хрупкий. Держит удар, но не рассчитан на прямое точечное воздействие высокой мощности. А что вы…
Она замолкла на полуслове, и я увидел, как её глаза расширяются. Потом она резко развернулась на колене, забыв о боли, и уставилась на меня.
— Капитан… вы хотите пробить стену? — в её голосе послышалось недоверие. — Своим костюмом?
— Эти панели не рассчитаны на таранный удар экзоскелета, — я указал на стену. — Тем более такого, как у меня. — Я постучал бронированным кулаком по панели. Раздался сухой, костяной стук, но стена даже не дрогнула. — Мой гибридный привод выдаёт пиковый крутящий момент втрое выше стандартного. Мы можем пробить проход в смежное помещение и выйти в коридор в обход завала.
Риггс с сомнением посмотрел на стену, потом на меня, потом снова на стену.
— Капитан, вы, конечно, теперь у нас почти как Командующий, — протянул он, — но стена-то не вентиляционная решётка. Это несущая конструкция. Если она рухнет, нас всех завалит.
— Поэтому я и хочу, чтобы Кейра нашла самое тонкое место, — ответил я, не оборачиваясь. — Я не собираюсь пробивать несущую переборку. Мне нужно срезать угол. Кейра?
Она уже лихорадочно водила пальцем по голограмме, увеличивая отдельные участки, накладывая слои.
— Есть! — воскликнула она. — Смотрите. — Она развернула схему так, чтобы видели все. — За этой стеной — техническая ниша. Всего сорок сантиметров пористого композита — в основном звукоизоляция и кабель-каналы. За ней — небольшая складская комната. Пустая, судя по данным. А за ней — ещё одна лаборатория, поменьше. И уже из неё — выход в другую часть коридора, которая не должна быть завалена.
Она ткнула пальцем в нужную точку на схеме.
— Вот здесь.
Беккер, продолжавший сидеть на столе, перевёл взгляд на меня. В его глазах была надежда.
— Точно сможешь пробить, капитан? — спросил он хрипло. — Костюм выдержит?
Я подошёл к стене, к тому месту, которое указала Кейра. Встал напротив, расставив ноги на ширину плеч, и положил ладони на композит. Мой нейроинтерфейс тут же подсветил слабые точки конструкции — места крепления панелей к стальному каркасу, стыки, швы. Я чувствовал мощь реактора за спиной, которая только и ждала, чтобы превратиться в разрушительный импульс. Энергия текла по жилам костюма, пульсировала в якорях, пела в сервоприводах.
— Выдержит, — ответил я, не оборачиваясь. И добавил уже тише, скорее для себя: — Должен.
— Отойдите, — приказал я, и голос, пропущенный через вокодер, прозвучал пугающе, почти как у Райхерта.
Солдаты за моей спиной замерли. Я слышал, как они тяжело дышат, как потрескивает повреждённый экзоскелет Кейры, как Беккер сдавленно ругается сквозь зубы, пытаясь встать ровнее.
Я упёрся магнитными захватами подошв в пол, перенося центр тяжести вперёд. Синхронизация — 92,7 %. Я почувствовал, как по силовой шине прошёл скачок напряжения, и в шлеме раздался нарастающий ультразвуковой писк: насосы под чудовищным давлением загоняли рабочую жидкость в приводы.
Я сделал пару шагов назад, разгоняясь.
— Капитан… — начал было Риггс, но я уже не слушал.
Один короткий, взрывной рывок.
Мир схлопнулся в точку удара. Магнитные замки на ступнях скрежетнули по металлу пола, удерживая меня от отдачи, когда плечо встретилось с преградой.
Грохот разрываемого композита заполнил лабораторию. Стена не просто треснула — её вынесло целиком. Экзоскелет, вложив в этот удар всю мощь реактора, прошил техническую нишу насквозь, сминая тонкие перегородки и стеллажи, как бумагу.