- Всё в порядке. Сорок второе место. Бельё получите после отправки, - буркнул тот.
- Ага.
Прорвавшись в тамбур, крики остались позади, я проверил поклажу, не порезали ли, и направился к нужному купе. Открыв дверь, я с удивлением обнаружил что все места заняты, включая мою верхнюю полку слева.
- Доброго утра, - сказал я и посмотрел на мужчину лет сорока, худого и жилистого, что занял мою полку. - По билету это моё место.
- Кто успел, того и место, - усмехнулся тот.
- Я мастер спорта по самбо. Или освобождаешь полку, или со сломанными руками вылетаешь из вагона. Выбирай.
- Ты не обнаглел малец? - спросил другой мужчина, их трое сидело на нижней полке, напротив них старушка с девушкой и ребёнком. На другой верхней полке ещё один мужик был. Хм, и на багажной ещё один устроился, я поначалу его не рассмотрел.
- Вот что. Говорю без шуток. Предъявляем билеты, если на это купе, остаётесь. Нет билета, пошли вон отсюда.
- Серёг, выкини пионера отсюда. И билет у него забери, - сказал тот что на нижней сидел.
Отреагировал я мгновенно, влетел в купе и тремя ударами отправил в нокаут эту тройку снизу. Те что сверху устроились, тоже задёргались, и тоже отхватили от меня. Чистые нокауты. Правда, тому что на моей полке лежал, как и обещал, я сломал обе руки, со смещением. После этого бросив свои вещи на багажную полку, того что там лежал я уже спихнул вниз, взял двух за шкирки и протискиваясь мимо других пассажиров в коридоре, добрался до тамбура.
- Поберегись! - крикнул я, и проводник метнулся в сторону, а мимо него наружу пролетели два тела.
Потом за второй парой сбегал и третьей, освободив наше купе. А старушка с девушкой и ребёнком имели билеты. Сразу показали.
- Что же вы их не выпроводили? - спросил я.
- Таких бугаёв выпроводишь. Две наши полки заняли, - проворчала старушка, и неожиданно поблагодарила что избавил от наглых попутчиков.
К нам заглядывали, спрашивали есть ли свободные места, на что уже я интересовался наличием билета именно в наше купе, ехать в тесноте я не собирался. Милиция или те наглецы так и не появились, и наш поезд покидая Ростов устремился в сторону Москвы. Тут глубокий тыл - и несмотря на то что немецкие бомбардировщики нет-нет, но устраивают налёты на тыловые города, в безопасности нашего маршрута я был уверен. Поэтому изрядно поразился, когда ночью наш поезд встал в степи и стоял на месте до самого утра. Я вышел спросить у проводника. Оказалось, мост разрушен, с обеих сторон скопились составы. Ремонтный поезд подойти не может. Сейчас поезда отгоняют назад, на узловые станции, освобождая путь. Наш к мосту первым подошёл, чудом не сверзился вниз, какой-то доброхот остановил, махая белой тряпкой. Я не поленился, выглянул, сзади путь ещё занят, поэтому выйдя в открытую дверь, тут несколько пассажиров снаружи курило, и сбегал вперёд, посмотреть, что у моста происходит. Действительно разрушен, его осматривали несколько мужчин, тут были и в железнодорожной форме.
- Диверсия, - сразу определил я. - Это не налёт. Был подрыв моста.
Говорил я больше для себя, но кто-то из присутствующих услышал. Вот один мужчина в костюме и плаще, не смотря на жаркую ночь, спросил:
- Почему ты так решил?
- Тоже мне нашли откровение. Взрыв снизу был, потому обломки рельсов вверх заданы. При взрыве бомбы была бы большая воронка и вниз вдавлены. Да и рельсы бы волнами пошли. А тут ничего такого нет, точечный подрыв. Диверсионная группа работала. А это странно. Степи кругом, поискать на самолёте, можно будет обнаружить. Зачем так рисковать? Да и мосток плёвый, через овраг, однопролётный. Дня за два отремонтируют. Кстати, а его разве не должны были охранять, всё же важный объект на транспортной магистрали?
- Вроде как должны, - пожал мужчина в плаще плечами.
Посмотрев на наш поезд, эшелон что стоял за ним всё ещё на месте, но другой отходил задом, пятясь, я решил, что время есть и побегал вокруг. Охрана действительно была, четыре тела нашёл в форме железнодорожных войск, ножами сняты, спрятаны дальше в кустах, о чём сообщил железнодорожникам, те к ним пошли, а я бегом вернулся в вагон и в своё купе, где снова разделся и вскоре уснул. Чувствуя, как дёрнувшись, поезд наш стал пятиться назад.
Вот уже как два дня мы стоим на полустанке в тупике, кроме нас сюда загнали ещё один поезд, другие дальше отогнали. Полустанок пустой, вдали хутор виднелся, но ни деревни ни села тут не было, постройки, три дома местных служащих, и всё. Даже буфета тут не было. Этот полустанок использовался как технический, для заправки танкеров паровозов водой и углём. Хорошо у меня припасов порядочно, соседей по купе подкармливать начал. Другие вот и на хутор бегали чтобы что-то купить. Там стали готовить и продавать готовую пищу, хуторяне явно изрядно подзаработали на этом, потому как служащие станции этим ничуть не озаботились. Однако вот, мимо прошёл ремонтный поезд и по второй колее встречные поезда пошли, ну и нам дали три гудка и наш поезд вернувшись на колею направился в сторону Москвы. Починенный мост выдержал массу нашего поезда, и мы устремились дальше. Лёжа на полке я размышлял. Воевать в РККА я не собирался. Тут и возраст не тот, специально замедлил чтобы дольше молодым оставаться, и желания нет. Взрослые люди в армию идут, вот пусть и воюют. А случай в Крыму с перехватом вражеской авиации, это так, баловство. Повеселился я. Тем более я уже воевал, пусть и был убит. Только вот до этого момента произошло много неприятного, от расстрела до трибунала, так что не горю желанием связываться с местными властями. При этом повоевать с немцами я был не прочь, но сам, без руководящих органов над головой. То есть, устроить личную войну, если кто не понял. Партизанить.