***
Время летело просто как бешенное. Вот оглянуться не успел, и два месяца позади. Уже двадцать пятое, десять часов дня, сегодня отец Тихона должен приехать, телеграмму три дня назад почтальон приносил, уведомлял. Однако я сидел на крыльце подворья, а во дворе бесновалась толпа, все жители деревни были. В основном держали эмоции и зажигали толпу дедушка и бабушка Маши, агитаторы. Та стояла рядом с ними с красными щеками, опустив глаза. Её дед с бабкой жаждали моей крови. Остальные так, поглазеть пришли. Тут всё только начиналось, бабушка уже всё поняла, и бросала на меня красноречивые взгляды, значит скоро хворостиной по хребту получу, но тут раздался громкий голос от калитки:
- Товарищи, что происходит?
Повернув голову, я посмотрел на мужчину в костюме, только пиджак у того на сгибе локтя был, а в другой руке саквояж. Отца Тихона я узнал, фотоальбом просмотрел, что у бабушки имелся, тот в военной форме там была, на фронте, а на последней фотографии тот моложе, но опознать смог легко.
- Привет, бать, - сказал я. - У нас тут митинг. Линчевать меня будут.
- Это за что же? - подходя спросил тот. - Что опять натворил?
- Нравится мне это «опять», - самому себе сказал я. - Ничего особенного на мой взгляд. Красну девицу соблазнил, и женится хочу, а её дед и бабка не дают.
- Прямо вот так женится? - всё же улыбка на губах отца Тихона промелькнула. А вот дед и бабка Маши охренели, они-то как раз и хотели, чтобы я на ней женился, только слова не давали.
- А куда деваться, нравится она мне, да и не праздна. Беременная если проще. Только что из села, где врача посетила. Справка имеется. Два месяца срок. Кстати, Маш, нечего тебе всё это слушать, ты в положении, а нервы плохо влияют на ребёнка. Зайди к нам в дом, отдохни на моей кровати, там на кухне на столе под полотенцем молоко свежее в крынке, попей. Не волнуйся, всё будет хорошо. Ты моя, запомни это.
Та молча кивнула и скользнула в сени, а я перекрыл дорогу её бабке, сказав, что той надо побыть одной. Отец Тихона, его Геннадием звали, всё ещё оставался в шоке, но наконец справился с собой и простонал:
- Ну-у-у с-с-сына!
- Батя, не надо слов благодарности, - ответил я с явной иронией, после чего обратился к остальным. - Дорогие сваты. Я люблю Машу, я женюсь на ней. Прямо сейчас мы пойдём в село, председатель колхоза мне должен, он договорится и в ЗАГСе, нас распишут. Вернёмся вечером, надеюсь к этому времени столы будут готовы, свадьбу справим. Завтра мы уезжаем, нам ещё с родителями Маши знакомиться, и спорить где моя жена будет жить, с ними или со мной, так что поторопимся. Не стоим, не стоим, расходимся. А вы дорогие родители, обговорите всё на предмет свадьбы, как всё успеть.
Последнее я сказал отцу Тихона и деду с бабкой Маши, после чего развернувшись ушёл в дом. Маша и так всё слышала, окна-то открыты, так что прихватил её, и мы, сбегав к ней домой, хорошо, что паспорт та привезла, после этого побежали в село, пока нас не перехватили. Пока шли, я размышлял. Эти два месяца действительно превосходно прошли. Тренировки я усилил, вон как отец Тихона удивился, увидев мою начавшую проявляться мускулатуру, я был в обрезанных штанах по колено и майке, крепким я стал, что бросалось в глаза. После той дискотеки, в этот день мы ещё водителя Егорыча в больницу увезли, я на следующий день отправился по грибы. Сергей и Паша отказались, рано вставать, лучше позже на рыбалку сходят, но Маша согласилась, это мы обговаривали, когда шли с дискотеки. Вот мы вдвоём с корзинами и пошли как рассвело. Тренировку провести я успел, без неё никак. Я ещё мешок прихватил на всякий случай, и не зря, грибов в лесу было не просто много, а огромное количество. Мне опытному путешественнику по телам соблазнить юную красавцу не составило труда, и из леса та вернулась уже не девушкой, и на перекрёстке чувств, не понимая, как реагировать. Понравилось, и очень, но ведь это плохо? К счастью, та приняла правильное решение, и дальше не было и дня, когда я бы отправлялся по грибы, всю деревню ими обеспечил, или на рыбалку, два бочонка засолил, чтобы там не мелькала Маша. В общем, секса было много, и я был доволен. Всю жизнь так бы жил. С Машей у нас была гармония и полное взаимопонимание, она передала мне в руки вожжи правления, и подчинялась всему. Шифровались мы отлично, пока её бабка не заподозрила и в больницу не утащила. А как вернулись, так и ко мне всей толпой.