Занятый раздумьями, я не заметил, как в капсуле появилась Юри. Она тронула меня за локоть:
— Не забудь пригласить к столу нашу пленницу.
— Это еще в честь чего?! — удивился я, — Я не про приглашение, а про твое к ней отношение. То ты просто чернела при одном упоминании о гостье, а сейчас такая забота?! Взяла курс на покровительство этой шмаре?
— Отношение не изменилось, — вздернула плечо Юри, — При чем тут отношение? Так надо, капитан, вот и все. Ты ж обещал меня слушаться, да?
— Ничего не понимаю, — покачал я головой, — Но раз надо, то пусть. Мне не жалко. Кстати, ты можешь мне сказать, кто она?
Юри странно глянула на меня, на этот раз ее глазищи имели зеленый оттенок:
— Она твоя пленница.
— Это я знаю. А подробнее?
— Она бесполезна, вдобавок может оказаться очень опасной, но избавляться от нее на этом этапе пути нельзя. Даже дать ей знать, что ты в курсе ее прошлого очень нежелательно.
— Я?!
— Ты. Это очень рискованно, — покачала девочка головой.
— Да я ее впервые вижу! — ошалело помотал головой я, — Я ж ее не знаю.
— Узнаешь. Я предупреждаю тебя, чтобы смягчить эмоциональное воздействие встречи. Ты знаешь ее этак лет семь. Она бывала на Террис, — серьезно сказала Юри. Я поднял брови и выпучил глаза. Кажется, в тот миг моя физиономия имела довольно глупый вид:
— Чего?
— Она долго курировала тебя на твоей планете. Тогда тебе нечего было ее опасаться, а вот сейчас лучше поберечься.
— Курировала?! — недоверчиво переспросил я и нахмурился. Сбывались самые худшие подозрения. Мы подобрали отнюдь не «девчонку из народа».
— Совершенно точно, — кивнуло маленькое чудовище по имени Юри, — Смотри не грохнись со стула, предстоит ба-альшой сюрприз. Хреново не быть телепатом, а?
Я промолчал. Юри фыркнула, сморщила нос и спохватилась:
— Совсем заболталась, а я же хотела сказать тебе про другое, насчет Бразелона.
— Кажется, ты непрерывно прослушиваешь мои мысли. Что именно ты хотела сообщить?
— Тебе пора подумать над своим титулом. Это важно.
— Вот как? — рассмеялся я, — Но я и так думал над этим. Вообще непонятно, о чем говорить — как это я ранее жил, не будучи графом?
— Графом? — переспросила Юри, — Хмм, что же, скромность украшает. Так тому и быть.
— А кем будешь ты, — улыбнулся я, — Принцессой Снов и Теней?
Она молча выпрямилась, вздернула подбородок и властно посмотрела на меня. В повороте головы, в изящной тонкой шее, в осанке мелькнуло что-то неуловимо знакомое, и хохмить резко расхотелось. Юри, как я еще раз убедился, умела себя подать в любом виде, от неразумной дитяти до коронованной особы. Она заметила мою уважительную реакцию, по телу Юри пробежала волна изменений, и девочка стала прежней, проворчав при этом:
— Капитан, а ты уверен, что ты не мазохист? Отчего тебя так тянет унижаться? — Тяжко вздохнула, — Ну прости, я ж не хотела этого. Просто ответила на твой вопрос. Так как тебя звать — величать по всей форме?
— А то не знаешь, госсподь бог маму твою коршианскую туда… — огрызнулся я. Отстранился, посмотрел на цифры хронометра: 23=30. Полдень. Почти сразу же прозвучал голос Валькирии:
— Драйвер приглашает к праздничному столу. Не забудьте поздравить новорожденного!
Мы дружно шагнули к огромному столу, заставленному всевозможными яствами на любой вкус. Я осмотрел парад десятков творений кулинаров различных миров, и где-то внутри жалобно заскребся русский: «Куды столько на двоих? Тут роте голодных солдат хватит!»
Я цыкнул на свою земную ипостась и обстоятельно сел в той стороне, где изобильно сочетались терранские и тхерранские блюда. Юри устремилась к коршианской стороне стола.
Ощущая на плечах разношенный, удобно обмятый по фигуре халат, удерживаемый на поясе свободно намотанным потертым огненным кушаком, я слегка поправил зеленоватые, мягко светящиеся волосы, поздравил новорожденного, пожелал ему всяческих удач и взял в руки вилку с ножом. В моем поле зрения появилась новоиспеченная капитанша, она вернулась от синтезатора уже с кортиком приемлемых размеров и отделанной белоснежным пухом треуголкой. Я насмешливо поклонился. Юри привычно-отработанным жестом сняла головной убор за край, установила его на согнутой в локте руке и небрежно кивнула. У меня отвалилась челюсть — подобная легкость не дается с первой пробы, с этаким нужно родиться.