— Да? — нахмурилась она, — Но тогда, капитан, мне нужно время, чтобы обдумать все, что я узнала. И еще. Простите, но если ее так задевают самые невинные вещи, то мне кажется, что сходиться с вами ближе просто небезопасно.
— Я тоже так думаю. Чертовски досадно! Пойду погляжу, что делается на Валькирии. Не грусти, Эва, будем надеяться на лучшее.
Валькирия встретила неласково:
— Что, явился? У ребенка нервный срыв, а он там реверансами занимается?!
— Где она? — спросил я, оглядывая внутренность капсулы. Заметил открытый люк в машинное отделение, — Что, опять в машине?
— Иногда она подолгу сидит там, — ворчливо сообщила капсула, — Ты не знал? А то, что она слушала ваше воркование по визору, ты тоже не знал?
Меня затрясло от ярости:
— А ты тут на что, педали крутить?!
Юри взахлеб рыдала в машинном отделении. Я подошел, положил руку на ее острый локоть, она брезгливо сбросила ее:
— Убирайся! Вали к своей старой вонючей Эве, гад! Ну почему, почему я подключена именно к такому гаду? Ну почему я должна его любить?!
— Юри…
— Я — «ребенок», да? Ребенок? А вы — вонючие старики! Я тебе зачем ее в зубах притащила, как собачонка, зачем? Чтобы ты совсем меня перестал за человека считать?
— Бог ты мой, Юри!..
— Корячишься перед ним, корячишься — ни в какую… Ни один е… терранин не отказался бы от малолетней, особенно в таких условиях, только один Эн Ди рыло воротит… Ну хорошо, не хочешь, не надо! Насильно мил не будешь… Наложницу ему прямо в постель положила, так он в благодарность совсем за человека считать перестал!
Она с хлюпаньем утерлась рукавом и закричала:
— Он у нас тонкий и чувствительный, он у нас переживает, дескать Эве плохо!
— Юри…
— Ну что «Юри»? Зато у Юри не жизнь а мед с сахаром пополам! Еще бы! Он может благородного из себя строить, а как со мной, так я ведь все прощу — вчера облаял, сегодня кулаком по лицу, а завтра и ногой в живот! Юри стерпит, она ж любит, прибежит!
— Чего ты хочешь? — спросил я, пока она переводила дух. Она сердито отмахнулась:
— Иди отсюда!
— Хорошо, — покорно сказал я, вылез из моторного отсека, присел в энерговихрь неподалеку от визора и стал терпеливо ждать. Рыдания из моторного отсека полились с новой силой, затем стали тише, перешли во всхлипывания, скоро совсем стихшие. В проеме люка показалась черная, мрачная мордашка:
— Сидит. Ждет. Конечно, куда я на хрен с этой подводной лодки денусь! А Дэль еще завидовал. Что выживу. Ему что, чик да и все, и найдут позже на все готовое, а мне с тобой мучиться! Да лучше сто раз сдохнуть, чем вот так жить!
— Послушай меня, Юри, — начал было я, но она отмахнулась от меня и ушла на Драйвер. Почти тотчас же оттуда появилась Эва:
— Она хочет побыть одна. И чтобы ее ни в коем случае не беспокоили, капитан. Не переживайте, она передала, что скоро успокоится, — сказала Эва, задумчиво прогуливаясь по боковой поверхности капсулы. Затем взяла книгу, микротранслятор и присела читать. К сожалению, ее комбинезон при этом потрясающе обтянул ее эффектную попочку. Я совершенно бессознательно двинулся к этим половинкам…
… Эвы хватило ненадолго. Через каких-то четыре часа она взмолилась о пощаде и покинула Валькирию. Еще через несколько минут в капсуле возникла всклокоченная Юри.
— Капитан, ты что, идиот?
— А в чем дело? — умиротворенно спросил я.
— Ты довел женщину до нервного истощения и еще спрашиваешь, в чем дело? — заорала багровая Юри, — Это что, так и должно быть? Решил наверстать за всю дорогу?
— Так уж и до нервного истощения, — фыркнул я, — Если у всех чарранок такие скромные аппетиты, то мы с Дэвом перетрахаем всю Чарру.
— Не сомневаюсь.
— Поменьше сарказма. Ты же знаешь, что я занимался любовью с Мани подряд по несколько суток и не уставал. Конечно, я соскучился за время просушки по сексу, но я же отпустил Эву по ее первой просьбе?
— Не имеет значения, по какому требованию ты ее отпустил, — запальчиво заявила девочка, — По первому или по тысячному, не важно, важно то, что Эва сейчас обслуживается медициной Драйвера!
— Потрясающе, — ухмыльнулся я.
— Поменьше сарказма! У их расы секс продолжается очень недолго. Максимум полчаса, и то у единиц, так что Эва теперь чемпионка, — сообщила Юри, — Столько выдержала и не померла.