— Босс, с тобой не о деле разговаривать — только время терять. Пошли, что ли покурим? Или я покурю, ты просто подышишь несвежим воздухом.
Думаю, её фамильярное ко мне отношение позволило подозревать, что с подчинённой у меня хотя бы иногда случались эпизоды неделовой близости. О впечатлении, произведённом на женщину, заподозренную в работе завучем, расспрашивать не стал и поплёлся за Катькой в дальний от купе проводников конец вагона, мимо запертой пока ещё туалетной кабинки, вакуумные нужники не скоро придут на наши железные дороги. Здорово пахло жжёным углем, будто состав тянул паровоз. В действительности аромат давали котлы по кипячению воды, проводницы начинали свой нехитрый бизнес по торговле очень разбавленным чаем.
Моя седая попутчица оттянула створку окна вниз, впустив в вагон ветер, взамен выпуская наружу сигаретный дым, вроде как из гуманизма. Я, вселившись в себя молодого, поначалу не имел доступа к нормальному куреву, а «Казбеком», «Беломором» и «Примой» брезговал, потому бросил и позже не втянулся, очень изредка стреляя сигаретку у кого-то на КП после особенно нервного допа на ралли.
— На чём остановились… Да, поскольку меня фоткали на фоне самой обычной ГАЗ-24, не удивлюсь, если их выпуск продолжится, по крайней мере — часть, в неизменном виде. Писк моды 1960-х годов. Угадала?
— Да. Для таксопарков и иных госорганизаций, где критически важен расход топлива. Это будет версия с подольским мотором 2.0TD и коробкой, похожие идут на ЕрАЗ.
— И с неизбежной для дизеля трясучкой… Так себе транспорт.
— Кое-чему научились. Ничего страшного. Далее, у нас будут бензиновые моторы — старый волговский 4-цилиндровый, доработанный в Минске. Ожидаю, что с него снимут 120–125 лошадей, при переводе на 76-й бензин — не менее сотни.
— Я бы так не поступала! — Катька одним мановением руки, держащей сигарету между пальцами с накрашенными ногтями, убила мечту многих тысяч автолюбителей, мечтавших о недорогой «волге» под недорогой бензин. — Экономия достигается на дизеле. «Вах какая ласточка» нуждается в моторе помощнее. V6 не хочешь поставить?
— Только на очень ограниченную серию. Для тех, кому не хватит «русланов». Подольск и так нагружен, а ЗМЗ подобный мотор освоит… не раньше следующего столетия. Тысяча или две в год — предел мечтаний.
Катька выбросила бычок за окно.
— Эксклюзив — значит эксклюзив. Проще всего выделить особой раскраской. Выпускать эти «волги» какого-то очень особенного цвета.
— Металлик?
— Скажут — дорого. Нет, Сергей Борисович. Верх, например, золотистый или кофейный, ниже ручек дверей — тёмно-бежевый. Или мокко.
— Технологи взвоют. Кузов в сборе входит в покрасочную камеру, там его обливают на горячую.
— Тысяча в год — это три кузова в день. Или несколько дней, отведённых им, как пришла партия моторов и трансмиссий, ГАЗ штампует только «люксы». Значит, как только краска высохнет…
— Кузов сразу идёт в сушку.
— Значит, лишь краска перестанет липнуть, поступаете как на любом малосерийном производстве или автосервисе: заклеиваете малярной лентой место стыка и вручную компрессором наносите второй цвет. Заставь посчитать заводских экономистов: удорожание будет лишь незначительное. Единицы рублей. Не сравнить с изменением других частей кузова.
— Других? Я думал ограничиться решёткой радиатора.
— Само собой. Для «люкса» оставим хромированную, чуть изменив форму. На средний уровень и дизеля пусть будет чёрная пластиковая.
— Бамперы?
— Люкс и серединка пусть остаются в хроме. Дизельные оденем в пластик. Клыки долой. Ручки дверей?