Прежнее руководство поступало традиционно — бегало с протянутым картузом в ЦК, в Совмин, в Московский горком. Получало какие-то транши, что-то пускало на расчёт с поставщиками, никогда не покрывая все хвосты целиком, что-то уходило в непонятном направлении.
— То есть — банкрот?
— Не употребляй вслух это капиталистическое слово, — предупредил Поляков, пока мы поднимались по широкой лестнице, усланной ковром. — АЗЛК испытывает временные трудности, но коллектив принял на себя социалистические обязательства увеличить выпуск продукции и вывести завод в прибыль.
Я не понимаю… Так пошутил (пошутит в будущем) Михаил Задорнов и добавил: как можно доверить руководство перестройкой людям, из-за которых страна докатилась до перестройки. Аналогично: как можно сделать убыточным предприятие, чья продукция отгружается втрое дороже заводской себестоимости? Абсурд в обоих случаях.
Нас принял начальник управления какого-то промышленного отдела ЦК КПСС, я в них путаюсь, сравнительно молодой — до 40 лет, Игорь Иванович, как раз ответственный за наш абсурд. Переступив порог его обители без задержки в приёмной, едва не присвистнул. Вместо массивных деревянных панелей, стройных шеренг томиков полного собрания сочинений Ленина, огромных ленинских бюстов и прочих атрибутов коммунистической элиты в глаза бросалось совершенно иное. Конечно, вечно живой Ильич таращился со стены на портрет Генерального секретаря, но они попадали в поле зрения во вторую очередь. Стены украшали постеры с изображением легковых автомашин ВАЗа, ГАЗа, АЗЛК, вот моя «рогнеда» в раллийной раскраске, и… у меня дрогнуло сердце. Тот самый, где Марина кокетливо выставила ножку в туфельке на высоком каблуке, выбираясь из «березины».
А ещё огромное фото нашей команды в Дакаре, мы, взявшиеся за руки — Ваня, Геныч, Татьяна, Валя и я. Торжествующие победители. Прошло чуть более двух месяцев, а кажется — будто целую жизнь назад!
— Игорь Иванович! Вот тот самый инженер из Белоруссии, я его рекомендую на исполняющего обязанности Генерального АЗЛК, пока подбираем команду управленцев. Думаю, её окончательный состав сформируется уже без меня.
— Садитесь, товарищи! — хозяин кабинета улыбался несколько картинно: ласково, но строго. Наверно, долго репетировал подобную мину перед зеркалом. — Сергей Борисович, правильно?
— Абсолютно.
Он сел в своё начальственное кресло, сложил пальцы рук домиком. Чисто внешне — скорее комсомольский, чем партийный функционер. Не располнел, поджарый. Галстук с груди свисает отвесно вниз, а не подпёрт брюшком чуть ли не до горизонтального положения, как у некоторых.
— Сергей Борисович, вы желаете руководить ведущим автомобильным заводом Советского Союза…
— Ничуть не желаю.
— Что, простите?
— Я — кандидат в члены КПСС и под давлением товарища Полякова принял партийное поручение отработать в качестве и.о. Генерального в самые кризисные три месяца, после чего прошу использовать меня по прямому назначению — в качестве конструктора и гонщика.
Не знаю, о чём они судачили с министром, цековский ожидал совершенно иного. Как они похожи! Машеров тоже во время моего первого визита приготовился услышать мольбу о помощи. Никогда ничего не просите, сказал Маргарите булгаковский Воланд, и мне такая позиция куда больше по душе. Правда, иногда обстоятельства располагают к иному, как в Евангелии от Матфея: просите и дано будет вам.
Конечно, выбивая мне квартиру, Поляков не думал, что через квартал смажу лыжи. Но речь шла о месте первого зама!
Министр и партиец переглянулись.
— Что же вам более по душе? — с неестественной мягкостью спросил Игорь Иванович.
— А вот это, — мотнул головой в сторону постеров. — Я — главный конструктор «березины» и «рогнеды», не единственный, конечно, многие участвовали, но автор концепции и руководитель работ. Капитан сборной МАЗа по ралли, как на 21067, так и на грузовиках. На фото с командой — второй справа, не узнали?
— Так это вы…
— Он, — подтвердил Поляков. — Куда больше склонный работать с железками, чем с людьми. Но у меня нет другой кандидатуры. Сергей — неудобный, зато человек прямой и честный. Иногда до идиотизма. Сейчас на АЗЛК это главное.
Спасибо, что не вставил в характеристику: «в интересах дела может убить».
— Более того, сейчас мой уход с МАЗа чрезвычайно некстати. Благодаря удачному контракту с «Тойотой» мы получили возможность вложиться в рестайлинг «березины». Внешний вид и интерьер салона изменятся косметически, но начинка — весьма. Машина получит инжекторный двигатель и как опцию — дизель. Очень интересная, творческая работа, в контакте с конструкторами «Тойоты», а не разгребать авгиевы конюшни за преступной группировкой Сайкова.