— Я вам толком не представил партнёршу. Валентина — известная автогонщица, в числе победителей заезда грузовиков на ралли Париж-Дакар, кандидат в мастера спорта. И моя невеста.
Понятно, что привезённая мною дама — моя. Но столь явное заявление прав было не лишним.
Переоделись в сухое, ещё пили, ещё ели. Ночевали с Валей в большом частном доме, прижавшись друг к другу боком и стараясь не шевелиться, чтобы не расплескать. Ужасно вкусно и ужасно много.
Субботу и воскресенье нас просто катали по Армении, показывая достопримечательности — потрясающие горные ландшафты, величественный собор в Эчмиадзине и храм Гарни. Пили минеральную воду в Джермуке. Гуляли по Еревану. Воспоминания об Армении сохранились как подёрнутые дымкой от постоянного угощения местным вином, его называют «гини», оба непрерывно пребывали в состоянии лёгкого или среднего опьянения.
Во время застолья в Джермуке один пожилой армянин начал засыпать вопросами:
— А знаешь, кто такой маршал Баграмян?
Странно было не знать через сутки пребывания Армении, его фото я видел не реже, чем сталинские в Грузии.
— Конечно, дорогой. Известный советский маршал, родившийся в Азербайджане.
— Армянский маршал! — возмутился абориген. — Он из армянской семьи!
— Не понимаю, как ты дожил до 29 лет без этой информации, — шепнула Валя и подняла рюмку с тем самым коньяком «Ахтамар»: — За великого армянского маршала!
Не выпить за него в любом случае было нереально.
В понедельник, отказавшись от спиртного на завтрак, первым делом попросил Генерального загнать один автобус со склада готовой продукции на эстакаду, надел спецовки и, вооружившись ключами, полез под днище. Затем проверил затяжку гаек на дисках колёс. В салоне поднял кожух двигателя. Альберт терпеливо ждал. Я справился минут за десять.
— Новая машина, а фактически представляет собой только конструктор для доведения до ума силами шофёра. Часть болтов затянута до фанатизма, не провернуть, возможно — и правда забиты кувалдой. Другие едва наживлены. Жидкости подтекают. Это только на месте, не садясь за руль и не пытаясь ехать. Дорогой Альберт Айрапетович, прошу — без обид, делаем одно дело и плывём в одной лодке.
— Неужели УАЗы лучше?
— Ещё хуже. Набор железяк для изготовления машины в своём гараже, а не машина. Вы не на них ориентируйтесь, а на «березину». Сел и поехал.
— Сложно…
— Не так сложно, как кажется. Помогу. Поймите и меня. Грузовой дизельный ЕрАЗ будет первым продуктом Конструкторского центра, не могу допустить, чтоб кооператоры тоже получали конструктор «сделай сам». Поверьте, Альберт-джан, по Союзу уже пошла молва про новые «бруновские» М-2140. Они гораздо качественнее доапрельских! Настолько, что очередники готовы отказаться от ВАЗ-2106 или ВАЗ-21011 ради «москвича», который дороже «одиннадцатой». Всего лишь нужно наладить систему контроля качества на каждом этапе. А сейчас давайте пройдём в ваш кабинет и пофантазируем.
Там Валентина во всю кокетничала с молодыми инженерами. Я нарушил их идиллию и принялся рисовать. По моей задумке, от ЕрАЗ-762 остаётся только передняя часть — до спинки водительского сиденья, где у буса перегородка грузового отсека. Лонжероны продолжаются обычной прямоугольной рамой с бортовым кузовом.
— Мост потребуется несколько усиленный из-за повышенной нагрузки, как и рессоры. Колёса оставляем такие же, но сзади сдвоенные. Редуктор заднего моста рассчитан на обороты дизеля, как и коробка. За дополнительную плату покупатель получит каркас и тент.
— И наше прэдприятие должно заплатить за этот проект?
Действительно, с первой прикидки — ничего сложного. Проблемы начнутся по мере углубления в конструкцию. Не говоря о том, что нужный дизельный мотор и коробка ещё не производятся.
— Не волнуйтесь. Проектные работы оплатит сельхозминистерство.
В общих чертах — договорились. Прощальный обед обошёлся без гиперизлишеств, выпили только за договорённости, гостей и маршала Баграмяна, после чего нас отвезли в Звартноц. Валя заснула после взлёта, одетая в «беременный» сарафан. Говорила, что джинсы не застегнутся. Проснулась, когда объявили снижение.
Сказал ей на ухо:
— По возвращении — сухой закон. Сколько надо, чтоб яйцеклетка и сперматозаврики встретились трезвыми?
Если у дражайшей и были какие-то остаточные, в глазах не осталось даже тени хмеля.
— Серёжа! Мы ещё квартиру не получили и не расписались.
— Но женские часики тикают. И не факт, что с первого раза выйдет, хоть обещаю стараться. Ты такая классная! Вдруг уведут? Так ребёнком привяжу.