Ван горько усмехнулся.
— Такого отдыха никому не пожелаю… Я болен. Думал, что справлюсь, поэтому не стал вам говорить, но, как оказалось, эту болезнь очень трудно победить. Иногда — почти невозможно.
— Что это за болезнь, Ван? — встревожилась Сюзи. — Мы сделаем все, чтобы вылечить тебя. У нас есть деньги, поэтому отправим тебя в Европу или в Америку. Куда угодно, лишь бы ты был здоров.
Ван улыбнулся, притянул к себе сестру, обнял и поцеловал в макушку. Все это время Рим обеспокоенно смотрел на брата, но ничего не сказал. Он ждал, когда Ван сам все расскажет. Однако неприятное чувство тревоги заставило его напрячься. Он прекрасно знал брата, поэтому нехорошее предчувствие захлестнуло его.
— Не стоит меня никуда отправлять. Во всяком случае специалисты уже прошерстили информационную систему регистра, но не нашли донора, подходящего мне.
— Что еще за донор? Зачем тебе донор? Скажи толком, что с тобой? — взмолилась Сюзи, едва сдерживая слезы.
Ван опустил взор на свои руки с сухой потрескавшейся кожей и еле слышно ответил:
— У меня лейкоз.
Повисло тягостное молчание. Рим замер, словно статуя, уставившись на брата. Сюзи закрыла лицо руками и тихонько заплакала. Ван продолжал смотреть на свои руки, будто видел их впервые.
— Почему ты раньше нам не рассказал? — выдавил Рим.
— Не хотел тревожить раньше времени. Думал, что смогу вылечиться, но теперь… Надежды все меньше. Первым делом мы проверили совместимость с вами, но ни вы, ни мать мне не подходите, — он поднял голову и посмотрел на брата. — Ты хорошо справлялся, пока меня не было. Я очень рад этому. Корпорация останется в хороших руках.
— Не говори так! Нет! Ты не умрешь! — закричала Сюзи и вскочила на ноги — Ты не посмеешь принести нам столько горя!
Ван поднялся и хотел обнять сестру, но она резко развернулась и побежала к выходу. Когда дверь за ней захлопнулась, Ван снова опустился на диван.
— Только матери пока не говорите. Кстати, где она?
— Где-то в Латинской Америке, — отмахнулся Рим. — Последний раз связывался с ней пару недель назад. Просила подкинуть денег, так как ей не хватало на покупку какого-то катера. Короче, развлекается, как обычно.
— Пусть развлекается. Ей тоже досталось после смерти отца. Она заслужила ту жизнь, о которой мечтала. Все-таки она сохранила корпорацию для нас, хотя ее и просили продать Биотех за большие деньги, — Ван устало откинулся на спинку дивана и посмотрел на пасмурное небо.
Было прохладно, но он не обращал на это внимания. Теперь, когда он узнал, что ему осталось совсем немного, то наслаждался каждым мгновением жизни. Он вбирал в себя все, что видел и чувствовал. Жизнь изменилась кардинально, и теперь он никуда не спешил и ни с кем не конкурировал.
— Ты не должен опускать руки. Мы что-нибудь придумаем. Я подниму все связи и найду хороших специалистов, — сказал Рим.
Ван повернул к нему голову, улыбнулся и кивнул:
— Ты хороший брат. Ты всегда был мне опорой и поддержкой. Спасибо тебе.
— Не смей говорить так, будто прощаешься со мной, — раздраженно ответил Рим. — Сюзи права: ты не умрешь. По крайней мере, так быстро и от этой дьявольской болезни. Я найду способ тебя вылечить.
Он энергично зашагал к двери, а Ван прикрыл глаза и улыбнулся. Он уже принял свое будущее и совсем не переживал о том, что может умереть. Наоборот, он был к ней готов и беспокоился лишь о том, чтобы долго не мучиться перед смертью.
Как только Рим вышел из кабинета брата, то услышал, как из громкоговорителя доносится встревоженный голос Сюзи:
— Все срочно в конференц-зал! Общее собрание сотрудников!
— Что она задумала? — напрягся Рим и ускорился.
В мой кабинет ввалился Кун.
— Тэджун, объявили срочное собрание всех сотрудников. Нужно идти в конференц-зал.
— Что случилось? — встревожился я.
— Не знаю. Ничего не известно. Пойдем скорее.
Мы вышли из отдела и присоединились к сотрудникам, спешащим по лестнице на первый этаж, где находился огромный конференц-зал, способный вместить до пятисот человек.
Ким Хани уже заняла нам места на втором ряду. Зал быстро заполнялся, и вскоре явилась Хан Сюзи. Я сразу понял, что случилось что-то плохое. На ней лица не было. Обычно улыбчивая и спокойная, теперь же у нее тряслись руки, покраснели глаза и вела она себя довольно нервно.
— О-хо-хо, чую, что-то недоброе случилось, — прошептал толстяк Пак Ю.
Ким Хани на него шикнула и указала на вход, где появился Хан Рим. К нему тут же подошли несколько сотрудников и засыпали вопросами, но он проигнорировал их и двинулся прямиком к Сюзи, которая наклонилась под кафедру и подключала микрофон.