— Это объясните прокурору при избрании вам меры пресечения.
Ситуация зашла в тупик и требовала разрешения. Её попытался разрулить второй опер.
— Марина Францевна! Гражданин Брунов! Давайте спокойно сядем и разберёмся без всякой прокуратуры. Я — заместитель начальника районного отдела БХСС Привалов Вадим Кузьмич.
— Присядем, — согласилась Марина. — Жалоба в прокуратуру всё равно неминуема, но сейчас определимся с её содержанием.
Она гнобила и троллила оперов самым вызывающим образом, я бы так не смог. А адвокатессе-то что, не ей же светят неприятности. Тем более с солидной крышей в прокуратуре.
Опера заняли стулья, дама втиснулась между мной и Завьяловым. Её близость, замешанная на тонком аромате духов, отвлекала… И завлекала.
— Поступила оперативная информация, что гражданин Брунов скупил ради последующей перепродажи и получения наживы комплект автомобильных покрышек и перепродал их по повышенной цене на территории Польши, — снова завёл ту же шарманку Привалов.
— Очень хорошо! Где, когда и почём он приобрёл эти покрышки, чем доказывается наличие умысла на перепродажу с целью наживы?
— На покрышки существует государственная цена для внутреннего рынка. В Польше цена значительно выше.
— Тут не поспоришь, — согласилась Марина. — Сергей, я так понимаю, вы перевезли покрышки в гоночной машине в Польшу?
— Верно, — я не стал отпираться, подчиняясь её интонации.
— Вы их купили для перепродажи? — спросила она и свела узкие брови домиком: не вздумай соглашаться.
— Нет, конечно. Они стояли на приобретённой мной машине ВАЗ-2101. Но поскольку я приобрёл по случаю импортные и поставил на свой автомобиль, эти оказались лишние. Да, в отличном состоянии.
— И вы взяли их с собой в качестве запасных на ралли?
— Конечно.
— Глупости, — вмешался Завьялов. — С вами ехал грузовик, полный колёс и прочих запчастей.
Тут я и сам знал как выкручиваться.
— Уточню: должен был везти уйму колёс и прочего. Но ралли было организовано отвратительно. В частности, нам не выдали валюту.
— Именно! — старлей даже вздохнул с облегчением. — Ради валюты вы и продали колёса по завышенной цене.
— Вам-то что? — хмыкнула Марина. — Выходит, что скупка произошла в России, сбыт в Польше, каким боком к этой истории имеет отношение Заводской ОБХСС города Минска?
— Заявление поступило к нам, мы обязаны разобраться, — возразил Привалов, более умный из пары. — Свидетели могут подтвердить, что после погранперехода вы свернули в Тересполь, на территории Польши расплачивались злотыми, колёс в машине уже не было. Вы сами себя загнали в ловушку!
— Чем загнал? — в голосе Марины проскользнула усталость взрослого, задолбавшегося объяснять непутёвому ребёнку прописные истины. — У человека на руках предмет, находящийся в его собственности. Поскольку использован им по назначению, скупка с целью перепродажи и наживы исключена. Он имел право продать, подарить или просто выбросить колеса, облегчив машину. Имеет право не сообщать, каким образом произвёл их отчуждение — его действия в Польше не относятся к вашей юрисдикции.
— Но он тратил в Польше злотые! Совершал покупки!
— Обменял марки ГДР на злотые, — я пожал плечами. — Злотых нам не дали, марки-то были!
Про «сбросились в шапку» промолчал. Валютные операции между гражданами СССР внутри нашей страны запрещены.
— И где же колёса?
Марина снова свела бровки домиком, но я пренебрёг советом.
— Подарил. На выезде с погранперехода увидел, что встречная с советскими номерами мигает фарами. Значит — полиция. Свернул вправо, и за комплект колёс поляк провёл меня безопасной дорогой в обход. Польские полицаи надолго задержали наших, каждому дали штраф в плечи, из-за этого команда уступила ГДРовцам на «вартбургах». Я единственный объехал пост без штрафа и получил золото хотя бы в личном зачёте. Готов за это поляку ещё три комплекта резины привезти!
— Сергей Борисович — гордость белорусского автоспорта, а ещё он — руководитель важнейшего республиканского проекта, стоящего на контроле у Машерова, отчётность сдаётся ежемесячно, — сейчас голос Марины чем-то напомнил шелест песка, ссыпаемого из самосвала, прямо на головы обоих в кожаных куртках, заваливая выше макушки. — Парни, я понимаю, очень нужно палку в отчётность поставить, но вы же не бессмертные — натягивать сову на глобус, пытаясь засадить ни за что доверенное лицо Первого секретаря ЦК КПБ.
Привалов заметно побледнел.
— Товарищ Высоцкий, она правду говорит?
— Не верите — поднимите подшивки газет за начало года, Брунов презентовал наш проект лично Гагарину на Красной площади. Так что не Машеров, берите выше.