Долго не мог уснуть. Завтра меня ждали десять кругов Ле-Мана. Наяву, а не в компьютерной симуляции. На самой мужской трассе мира.
Глава 2
Спорт опасен… Да неужели?
Весь второй день ралли устроители посвятили шоссейно-кольцевым гонкам, самым «киношным», потом на юг к Марселю, оттуда вдоль побережья на север Италии, затем через Югославию в Грецию с минимальными остановками, на отдых экипажам выделено лишь порядка 30 часов. Скоростных допов больше дюжины по Франции, очень напрягли скоростные спецучастки на северо-западе Югославии до Загреба, там гористая местность, уверен, что, получив карту и стенограмму, увидим пометку «опасно!» едва ли не у каждого второго поворота. Ошибка — или удар в скалу, или падение с обрыва. На фоне этого Ле-Ман — просто легкота?
Ха-ха три раза.
Сведения о первых авариях понеслись во время заездов машин с движками более двух литров. Мы стояли в ожидании под трибунами и видели, какими покоцанными выглядят финишировавшие, не избежавшие ударов о соперников или зацепившие отбойник. Я представил ликование телевизионщиков. Когда они транслируют хоккейные матчи НХЛ, победа и забитые шайбы, бесспорно, важны. Но куда зрелищнее потасовки спортсменов! Аналогично, в репортажах с кольцевых гонок горячего придают кадры с перевёрнутыми и горящими авто. Если кто-то погиб — вообще восторг, шакалы грёбаные.
Наконец, ближе к обеду пришёл наш черёд, обслуга убрала обломки бамперов и осколки фар с предыдущего заезда. В первой группе с объёмом до 1600 стартует аж 23 машины, самая многочисленная, потому что, кроме заводских и сборных команд, она самая демократичная для любителей.
Как победитель квалификационного заезда я гордо занял первое место. Левее и чуть сзади — жёлтый «воксхолл», в зеркалах заднего вида — словно поле из нераспустившихся одуванчиков. За жёлтыми американо-британцами расположилась вперемешку польская сборная Засады на «фиатах» и наши четверо на ВАЗ-21067.
Запуск двигателя. Руки на руле. Три глубоких вздоха на сосредоточенность. Обращение к внутренней силе и короткая отключка от происходящего вокруг, это не из техники автоспорта, так меня натаскивал на концентрацию минский тренер по рукопашному бою. Открыл глаза, и словно картинка стала более резкой, отчётливой.
Перегазовал. Убедился, что мотор работает ровно…
Старт!
В первый поворот я ушёл первым, не щадя двигатель. Нефорсированный, он не сильно перенапрягается и так. Хотел гордого одиночества, чтоб никто не висел на хвосте, не использовал мой воздушный мешок, неизбежно возникающий за летящей гоночной машиной, там немного сниженное давление. Сохранил лидерство до прямой, злорадно констатировав: несколько более тяжёлое воинство на жёлтых лимузинах начало отставать.
А на прямой догнали!
Ну как автомобиль, в теории — не подвергающийся переделке и имеющий паспортные 75 лошадей с 4-х-ступенчатой коробкой, способен догнать мой — 95-сильный⁈ Значит, над ним шаманили и не слабо.
Сделав пометку в памяти организовать жалобу судьям, я держал газ в пол. Перед выходом их лидирующая тачка уже обошла меня на полкорпуса, но её пилот был вынужден начать торможение на какие-то сантиметры раньше, чтоб не вписаться в отбойник на вираже. Моя машина, окутанная свистом резины, снова вырвалась вперед.
Подстёгиваемый соперничеством с жёлтыми, я, наверно, даже улучшил время по сравнению с квалификацией. Да и без Ивана легче — минус 80 кг живого веса и большой плюс от отсутствия его паники справа от моего локтя.
Пятый, шестой круг… Скорость — ещё выше! Трасса чувствовалась теперь до микрона. Учитывал температуру и износ покрышек, от постоянных заносов миллиметры протектора уже втоптались в асфальт. В зеркало заднего вида порой наблюдал «воксхоллы», но теперь даже на пяти километрах Юнодьера они были не в состоянии достать.
На девятом круге догнал красную «Аскону», моргнул ей фарами и пошёл на обгон — по внешнему радиусу плавного поворота. Едва поравнялся, её, двигавшуюся по внутреннему радиусу и, соответственно, выписывающую чуть более крутую траекторию, сорвало в занос. Кузова звучно шмякнулись, меня отбросило, крыло ударило об отбойник на скорости за 160, отшвырнуло в противоположную сторону — опять в отбойник. Говорят, в такие мгновения можешь прожить заново всю жизнь, время замедляется, успеваешь обдумать и принять решение… А я просто проваливаюсь в никуда, доверившись рефлексам. Не знаю, каким чудом удалось выровняться и избежать третьего удара.