Всё ещё с подозрением отношусь к таким пациентам. И не просто так. До этого лично меня просил барон Жуков, который пытался выведать у меня рецепт эликсира бессмертия. И госпожа Фетисова, которая просто пытается выйти за меня замуж.
Так что от нового пациента, лично запросившего меня, можно ожидать всего чего угодно.
— Понял, — отозвался я. — А в три часа я отправлюсь к Марии Михайловне на помощь.
До этого момента надо успеть переделать кучу дел.
Зубов уточнил ещё пару моментов для других интернов, и мы разошлись работать.
Клочок дождался, пока все покинут ординаторскую, и привычно юркнул в вентиляцию. Хозяин поручил ему сравнить запах на записке с запахом Ольги Петровны. Он уточнил, что это вряд ли прислала она, но для чистоты эксперимента лучше проверить. Заодно, возможно, он услышит что-то новенькое из разговоров главной медсестры.
В сестринской как раз шло собрание. Несколько медсестёр внимательно слушали Ольгу Петровну.
— Так, по дежурствам все всё поняли? — уточнила главная медсестра.
— Я больше не хочу дежурить с Шуклиным, — недовольно ответила одна из девушек. — Почему мне ни разу не досталось дежурство с Боткиным?
— А зачем тебе это? — отозвалась другая. — Я слышала, он уже несколько раз ходил на свидания со своей коллегой, Тарасовой.
— С этой курицей? — возмутилась первая. — Да что он вообще в ней нашёл! Это всё потому что он меня толком не видел.
На этих словах она бережно поправила туго сидящий верх от хирургического костюма. Планёрка у медсестёр — это, видимо, обсуждение хозяина. Интересно послушать, хотя самому хозяину на подобные сплетни всё равно.
— А я вот слышала, что нашим Костей заинтересовалась сама госпожа Фетисова, — шёпотом сообщила третья медсестра. — А если это так — мы все в пролёте, девочки.
— Хватит галдеть! — прикрикнула на них Ольга Петровна. — Я собрала вас, чтобы обсудить важные вопросы, а не сплетни про Боткина!
Медсёстры притихли, и главная медсестра начала озвучивать скучные темы про заказ лекарств и расходных материалов. Клочок воспользовался этой нудной частью, чтобы незаметно подползти к медсестре, и сравнить запах. Тот не совпал, записку написала не она.
Теперь можно возвращаться, вряд ли здесь ещё что-то интересное будет. Крыс аккуратно направился к вентиляции, но на полпути, неловко взмахнув хвостом, задел стопку с бумажками. И те сразу же разлетелись по всей сестринской.
Дурацкий хвост! Розовый, лысый, некрасивый. Так ещё и неудобный, бумажки вон роняет. И кто вообще додумался складывать стопку бумаг прямо на пол! Столов что ли мало?
Медсёстры резко вздрогнули, одна из них даже вскочила на ноги. Клочок затаился под одним из листков, понимая, что все взгляды теперь обращены на пол. Незаметно сбежать не получится.
— Что это? — со страхом спросила она.
— Просто бумаги упали, — отмахнулась Ольга Петровна. — Чего переполошились? Сквозняк, наверное.
— А как они могли упасть? — настороженно спросила одна из медсестёр. — Сквозняка нет, мимо никто не ходил…
— Да просто из-под двери потянуло, — пожала плечами главная медсестра. — Чего истерику-то устраивать? Вам бы лишь дела планёрки не обсуждать. Сейчас соберу всё, и продолжим.
Она принялась собирать разбросанные листы. И крыс с ужасом понял, что в следующую секунду его обнаружат.
По уже сложившейся традиции первым делом я заглянул к Фетисовой. Её всё-таки так и оставили в терапии, в проплаченной отдельной палате. Ольга Петровна, насколько я знаю, к ней не заходила в принципе, отправляя других медсестёр.
— Как вы? — зайдя в палату, поинтересовался я. — Дмитрий Степанович Жирков ещё не заходил?
— Доброе утро, — вполне бодро улыбнулась она. — Нет, пока не заходил. Вы пришли меня навестить?
— Я всё ещё остаюсь вашим лечащим врачом, — пожал я плечами. — Анализы и результаты инструментальных обследований очень неплохие. Так что у нас все шансы разобраться с инфекцией.
Маргарита Александровна глянула на меня и улыбнулась.
— Раз так, я вам верю, — медленно ответила она. — Вам же нужна здоровая жена. Думаю, именно поэтому вы так и стремитесь мне помочь.
Опять она со своим браком! Я думал, она уже успокоилась с этой темой. После того, как у неё обнаружился ВИЧ, эту тему она больше не поднимала.
Но нет, оказывается, не успокоилась.
— Я хочу вам помочь, потому что я врач, и это мой долг, — спокойно подметил я. — А не потому что я рассматриваю вас как будущую жену.
— Это вы пока что так думаете, — невозмутимо ответила Фетисова. — Но на самом деле мы уже сплетены. Вам никуда от этого не сбежать. Поэтому вы и хотите меня вылечить.