Вдвоём с наставником мы зашли в палату номер девять. Костылев уже успел натянуть на себя прежний надменный вид, и важно лежал на кровати.
— Доброе утро ещё раз, — обратился к нему Зубов. — Меня зовут Михаил Анатольевич, я заведующий отделением терапии. Ваш лечащий врач, которого вы кстати говоря сами себе выбрали, сделал назначения правильно. Дело в том, что у вас не очень хорошие показатели анализа крови, и подобная диагностическая процедура важна для понимания диагноза.
Я подметил, что Зубов тоже пока что не говорил про возможность острого лейкоза. Хотя судя по анализам там уже не возможность, а точно острый лейкоз.
— Я выбрал этого врача, потому что про него ходят восторженные отзывы, — поджав губы, ответил Костылев.
Тут бы поспорил. Благодаря стараниям Ольги Петровны про меня стали ходить весьма противоречивые отзывы. И хороших, и плохих хватало.
— И вы не прогадали, ведь Боткин — отличный терапевт, — заявил Михаил Анатольевич. — И стернальная пункция — действительно необходимая процедура.
— Я вчера спрашивал про свой анализ, вы сказали, что он ещё не готов, — Костылев переключился на меня. — А сегодня с утра он уже мало того, что готов, так ещё и не очень хороший?
— А что вас удивляет? — приподнял я бровь. — Его подготовили, и он не очень хороший. Всё так и есть.
— Странно всё это, — недовольно ответил Костылев. — И вы уверены, что мне необходима эта… пункция?
— К сожалению да, — ответил Зубов. — У нас отличный специалист, так что он сделает всё безболезненно.
Костылев задумчиво уставился в потолок.
— А колоноскопию вы делать не будете? — вдруг боязливо уточнил он.
Это что ещё за дурацкое предположение! Я бы понял такое опасение, если бы у нас до сих пор работал Болотов. Но просто так с бухты-барахты высказывать такое предположение странно.
— Нет конечно, — заверил его Зубов. — Только пункцию.
— Тогда ладно, — неохотно кивнул Костылев. — Мне тоже нужно, чтобы вы поняли, что со мной.
Слава Великому Ткачу, всё-таки согласился. Этот случай казался мне очень интересным, и хотелось как можно подробнее его изучить.
Костылев отправился на процедуру, а мы с Зубовым вышли в коридор, и он меня тормознул.
— Это очень интересный случай, — торопливо заявил он. — Я тоже проверил пациента диагностическим аспектом. Вы правы — абсолютно ничего. Даже свечения в костном мозге нет. Всё чисто. Как такое возможно?
— Я пока не определил, — честно ответил я. — для этого и нужны дополнительные обследования.
Если бы гематологический аспект был бы у меня развит на несколько уровней сильнее, я бы смог точно разглядеть, где скопления несозревших клеток. Но я пока успел провести всего одну медитацию в храме Великого Ткача. Чувствую, теперь я буду пропадать там каждые выходные.
— Занятно, занятно, — задумчиво покачал головой Зубов. — Я слышал, вы ещё и с организацией телеконференции помогаете Марии Михайловне?
Слухи по клинике быстро расходятся. Хотя в этот раз даже Ольга Петровна изначально в курсе не была.
— Да, помогаю, — кивнул я. — Кажется, она пройдёт в четверг.
— Я всегда традиционно выступаю одним из спикеров от нашей клинике, — заявил Михаил Анатольевич. — Мы обсуждаем необычные случаи. Если подготовите все материалы и обследования — то я обсужу этот случай с иностранными коллегами. Вас позвать, к сожалению, не могу, вы ещё интерн.
Да, в этот раз я на это и не рассчитывал. Но в будущем хотелось бы и на конференцию такого уровня попасть.
— Если обследования успеют подготовиться, я подготовлю для вас доклад по этой теме, — кивнул я.
Михаил Анатольевич уже собрался было уходить, но остановился.
— Ещё один вопрос, — как-то смущённо произнёс он. — А вот эти медитации в храме… Правда повышают уровень аспектов?
Клочок нашёл мне эту информацию в свободном доступе в интернете. Даже странно, что про это никто не знает, и все так удивляются этому факту.
— Правда повышают, — кивнул я. — Храм Великого Ткача находится недалеко от клиники, так что…
— Я знаю, — торопливо кивнул Зубов. — Спасибо большое. И лекция была очень познавательна. Он ещё пару раз кивнул и поспешно ушёл в ординаторскую.
Что ж, а мне пора заняться другими пациентами. Работы всё больше, времени в сутках для всех дел всё меньше.
Я направился к Фетисовой. Вообще ВИП-палата у неё изначально была проплачена на неделю, и я планировал успеть сделать все обследования за это время. Однако Маргарита Александровна проплатила ещё на неделю вперёд. По её словам, чтобы точно обследовать весь организм.