— Надеюсь, что так, — кивнул я. — Информацию про бывшего нашего интерна, Соколова.
Я принялся подробно расписывать про подвиги Романа, а Летов записывал, периодически задавая дополнительные вопросы.
— Отец Соколова очень влиятельный человек, — задумчиво произнёс он, когда я закончил рассказ. — А мы собираемся такое обнародовать про его сына…
— С бароном Жуковым это не было преградой, — напомнил я. — Хотя он тоже влиятельный человек.
— Это другое, — покачал головой Летов. — Там была информация на самого Жукова. А тут на сына влиятельного человека. За Жукова заступиться было некому, понимаете?
Теперь понял. В том случае мы растоптали репутацию самого Жукова. Здесь же есть шанс, что на защиту сына придёт Соколов-старший, с безупречной репутацией.
Однако мне эта статья была нужна. Поэтому вопрос надо было решать.
— Я согласен выполнить дополнительное условие, — заявил я. — Ведь такое наверняка имеется.
— Вы уже хорошо меня изучили, — усмехнулся Летов. — Я не забыл вашу помощь для моей жены. Но у меня болеет ещё и мать. Неврологи заявили, что у неё какой-то ХИГМ.
Хроническая ишемия головного мозга. Распространённое старческое заболевание. Сейчас существуют лекарственные препараты, позволяющие улучшать самочувствие, и несколько притуплять симптомы.
Но Летов явно хочет, чтобы я помог сильнее.
— Я посмотрю вашу мать, — кивнул я. — На следующей неделе. Обещаю.
Обещания свои я всегда держал, поэтому у Александра не было поводов мне не верить.
— Статья будет к понедельнику, — кивнул он. — Буду ждать звонка.
На том мы с ним и разошлись. И я отправился к Марии Михайловне. Чай сам себя не выпьет.
Лена вновь слушала разглагольствования отца, но уже не на тему свадьбы. С этой темой она пока что отстал, ещё сам не решив, что ему дальше делать.
Зато появилась другая «гениальная» идея.
— Надо тебе переводиться в неврологию, — как обычно бесцеремонно заходя в комнату, заявил он.
— В смысле? — ахнула Лена. — В какую неврологию? Мы договаривались, что ты дашь мне выбор, куда идти дальше!
— Слишком уж ты своевольная с этими своими выборами, — поджал губы отец. — Слушай, я потом из клиники уйду. А отделение надо на кого-то оставить. И лучшая кандидатура — моя дочурка. Где ты ещё так легко и просто получишь должность заведующего?
Отец и правда считал, что это замечательная идея. Ну сколько же можно всё и всегда решать за Лену!
— Я не пойду в неврологию, — отрезала девушка. — Мы договаривались, что я выберу направление себе по душе! И неврология интересует меня в последнюю очередь.
— Выбрать направление по душе, выбрать жениха по душе, — скривился отец. — Лена, надо вообще-то и о семье думать.
— Я всю жизнь только о ней и думала, — попыталась возразить она. — В школе и в академии я всегда вела себя должным образом, и делала всё, что ты мне говорил!
— Так и должно быть, — отец резко вскочил и стукнул кулаком по столу в её комнате. — С понедельника оформлю твой перевод в моё отделение. Будешь числиться моим интерном. И всё на этом!
По своему обыкновению он резко вышел за дверь, с громким звуком захлопнув её за собой.
Оставив Лену одну. Да что же это такое…
Поздно ночью я всё-таки вернулся домой. Не хотел, чтобы Клочок переживал о моей пропаже, да и новости ему рассказать надо.
Как и предполагал, чуткий нос мало того, что сразу понял, где я был, так ещё и долго смеялся над историей с посылкой.
Но пообещал помочь, завтра Зубов должен был вызвать дератизатора, так что с понедельника крыс возвращался в клинику.
И будет заниматься поиском загадочной отправительницы нижнего белья.
Пообщавшись с крысом, я отправился спать.
Утром пришёл на работу чуть раньше обычного, но в ординаторской уже был Зубов.
— Константин, новых посылок вам сегодня не было, так что не знаю, доброе ли это утро, — ехидно подметил он.
— Жаль, надеялся полный комплект собрать, — усмехнулся я. — А вы чего так рано?
— Точно, — спохватился наставник. — В нашу клинику для обязательного профилактического осмотра терапевтами и сдачи анализов прислали студентов «Элементариума».
— Элементариума? — переспросил я.
— Стихийная академия, лучшая в городе, — пояснил Зубов. — Нескольких студентов направляют на какие-то соревнования, или что-то в этом духе. И им нужно пройти комиссию. И направили их к нам, а не в поликлинику, потому что комиссия нужна срочно. И мне нужен терапевт, умный, самый лучший, который возьмётся за это дело.
— Сколько подхалимажа, — усмехнулся я. — Хорошо, я помогу.