— Кроме того, вы продвигаете учение о лекарской магии, а это сейчас редкость, — добавил проводник. — Великому Ткачу это по нраву. Он также отблагодарил и меня, новыми силами. И наша связь с вами окрепла.
— Поэтому вы смогли позвать меня силой мысли, несмотря на большое расстояние, — догадался я.
Ведь после того, как я почувствовал позыв прийти сюда, я чётко услышал голос проводника. Раньше такого не случалось.
— Всё так, — подтвердил он. — А теперь и вы выбирайте награду. Великий ткач за одну ночь медитации сильно повысит вам уровень одного аспекта.
А вот это очень хорошие новости. Я задумался, какой именно аспект мне лучше усилить. И это был не самый простой выбор.
В Выборге мою помощь ждёт маленькая девочка, для лечения которой нужен отоларингологический, сурдологический и неврологический аспекты. В клинике есть Топорков, с болезнью Крона. И там нужны иммунологический и гастроэнтерологический аспекты.
А ещё есть Фетисова…
После нескольких минут размышлений, я решил повысить неврологический аспект. В приоритет поставил девочку Арину. По многим причинам. Прежде всего — она ребёнок, и страдает она долго. И я обещал уже в следующие выходные вылечить её. А к этому моменту самостоятельно добиться необходимого уровня магии я могу и не успеть. Кроме того, мне нужно было помочь и матери корреспондента Летова. А там тоже нужен был именно неврологический аспект.
А он как раз развит был хуже остальных, пользовался я им мало.
Что по поводу Топоркова — то я успею помочь и ему. Но не сразу. Пока что его состояние отлично контролируется препаратами. Время есть. Не так много, но я успею.
Сделав этот мысленный выбор, я приступил к медитации. Попросил проводника толкнуть меня в семь утра, чтобы не опоздать на работу. Как обычно, по ощущениям он это сделал спустя пару минут. По факту — через пять часов.
— Как себя чувствуете, Константин? — поинтересовался проводник.
— Отлично, — состояние и правда было замечательное, чувствовал себя отдохнувшим и полным сил.
— Рад слышать, — кивнул он. — Не смею больше задерживать. Буду ждать на следующие медитации.
Я кивнул и поспешил в клинику. В ординаторской к своему удивлению, встретил не Никиту, а Зубова.
— Михаил Анатольевич, доброе утро, — поздоровался я. — А чего это вы тут? Говорили же, что Никиту оставите на дежурство.
— Да он так жалобно начал рассказывать про свидание с любовью всей его жизни, что отпустил парня, — усмехнулся наставник. — Хотя он мне теперь аж два дежурства должен. Потом вернёт.
Судя по всему, отношения Никиты с Фетисовой развиваются полным ходом. Рад за них. И наконец-то Маргарита Александровна от меня отстанет.
И отец тоже отстанет, с этой идеей о свадьбе. Ну, я надеюсь.
— Константин, ну что там хотел Шуклин? — наставник чуть ли не подпрыгнул на диване от нетерпения. — Ради чего был весь этот цирк?
— Познакомить меня с якобы другом семьи, главным врачом клиники «Эхо Здравия», Швецовым Петром Михайловичем, — ответил я. — Чтобы тот пригласил меня к нему в клинику работать.
Зубов резко перестал улыбаться, и посмотрел на меня уже серьёзно. Я не видел причин скрывать эту информацию, как и не видел никакого повода для беспокойства.
Просто очередной план выгнать меня из интернатуры, причём Шуклин явно нашёл себе нового помощника. И у меня есть даже одно предположение, через несколько столиков от нас вчера в кафе сидел один очень знакомый молодой человек, неловко прячущийся за газетой.
— Пётр Михайлович, из «Эха здравия», вы уверены? — зачем-то переспросил Зубов.
— Ну да, а что вас удивляет? — в свою очередь поинтересовался я.
— Эта клиника является главным конкурентом нашей в соревнованиях на роль лучшей клиники города, — пояснил Зубов. — Да и Швецова я знаю. Просто так он не стал бы… В общем, что вы сами думаете?
Кажется, наставник всерьёз разволновался, что я могу бросить Империю Здоровья. Это в очередной раз навело меня на мысль, что с моей кандидатурой на должность терапевта после окончания интернатуры он уже определился.
— Я никуда переходить не собираюсь, — заверил я его. — Мне и в нашей клинике всё нравится. Да и люди уже родными стали. Без ваших шуточек и подколов Терентьева жить не смогу.
— Рад слышать, — заметно выдохнул Зубов.
Наставник отвлёкся на приготовление кофе, а я вновь задумался. Он сказал, что Швецов не пошёл бы на это просто так. Изначально я думал, что причина снова во взятке, но теперь мне казалось, что она скрывается глубже.
Но в любом случае, я на это «заманчивое» предложение не куплюсь. И в чём бы ни был план — он не сработает.