— Добрый вечер, — постучавшись, вошёл я в кабинет. — Вызывали?
— Да-да, Константин, проходите, — Семён Михайлович напялил себе на лицо мерзкую улыбку. — Я подумал, что наше с вами знакомство началось не очень хорошо, не находите? И надо это исправить.
Не очень хорошо — это ещё мягко сказано. Он обвинил меня и пациентку непонятно в чём. Благо, я узнавал, сама Евгения в порядке и платить её ни за что не заставили. К чему был весь этот цирк с угрозами министерству, и клятвами разобраться со всем этим — не понятно.
— И как же вы хотите это исправить? — полюбопытствовал я.
На мгновение я увидел, как Кобылин недовольно поджал губы. Думал, что я начну извиняться? Но нет, этого точно не будет.
— Предлагаю забыть это небольшое недоразумение, — выдавил из себя он. — Сами понимаете, я человек новый. Ещё не во всём разобрался. И мог наговорить лишнего…
— И показать себя некомпетентным в вопросах магических заболеваний, — добавил я.
Ну не мог промолчать, он говорил откровенный бред с точки зрения лекарского дела! И на это никак не мог повлиять ни первый рабочий день, ни другие оправдания.
— Вы правы, магические заболевания я знаю плохо, — он снова с трудом выдавил это из себя. Прямо видно, как трудно даётся ему весь этот разговор. Тогда что он задумал? — В общем, прошу прощения за наше неудачное знакомство. Выражаю надежду, что в дальнейшем нам легче будет находить общий язык.
— Что ж, я тоже, — кивнул я. — Могу идти?
— Нет-нет, я ещё не сказал самого главного! — ускорился Семён Михайлович. — У меня же для вас уникальное предложение!
Судя по тому, как загорелись его глаза, и участился пульс, он перешёл к самой важной части нашего разговора. Поэтому я поспешил изобразить заинтересованность.
Ну у нас и диалог на самом деле. Он изображает доброжелательность, я изображаю заинтересованность. Не беседа, а театральная постановка, подобная тем, что обычно показывали в Римском театре две тысячи лет назад.
— И что за предложение? — спросил я.
— Нашей клинике поступил запрос, чтобы мы отправили одного из интернов на неделю в другую клинику, для обмена опытом, так сказать, — торжественно ответил Семён Михайлович. — Разумеется, это очень уникальный шанс. И он достанется лучшему нашему интерну. То есть, вам.
«Очень уникальный», ох и сильно же он решил выделить этот шанс. И я внезапно стал лучшим интерном, хотя только вчера был в числе худших.
И ещё одна маленькая деталь была для меня очень любопытной.
— И что же это за клиника? — на этот раз я изобразил радость и предвкушение.
Получалось довольно хорошо, потому что на лице Семёна Михайловиче появилась уже настоящая самодовольная улыбка.
— Клиника «Эхо здравия», — торжественно ответил он.
Какого… Это же та самая клиника, главный врач которой вчера в кафе притворялся другом семьи Шуклина. И который зазывал меня к себе.
А теперь внезапно вот эта стажировка на неделю?
Всё это явно надо обдумать, пока не могу до конца понять, в чём тут задумка. Догадки есть, однако надо связать всё воедино.
— У меня есть время подумать? — уточнил я.
А куда же Кобылин денется? Разумеется, он даст мне время подумать, раз я этого прошу.
— Стажировка должна быть с понедельника, но я даю вам два дня, — уже гораздо менее довольным тоном заявил он. — Чтобы у меня было время подобрать другую кандидатуру. Уверен, остальные интерны схватятся за это предложение руками и ногами!
— Благодарю, — кивнул я. — Всего доброго!
— До свидания! — эту фразу он уже с трудом произнёс нормальным тоном. Ох, чую, если сейчас же не покину кабинет — он лопнет от напряжения.
Надо обдумать это предложение. Как-то слишком много совпадений…
Барон Жуков с нетерпением дожидался бала-маскарада. Подготовка шла полным ходом. Оставалось всего несколько дней!
Нужно было тщательно продумать, как именно действовать на празднике. Вот придёт Боткин, вот он даже окажется рядом. Дальше-то что?
Неприятно это осознавать, но по физической силе Боткин раза в три превосходит. Действовать магией нельзя — это сразу же выдаст Жукова.
Тогда выход один — снова через запрещённые зелья. В прошлый раз Константин был начеку, ведь уже догадывался о коварных планах. Но сейчас-то он даже не знает, что барон Жуков будет на этом празднике!
А значит, будет куда менее осмотрительным…
Довольный этим планом, Михаил Игнатьевич отправился на Сибирскую улицу. Да уж, времена, когда подобную грязную работу можно было поручить помощникам, подошли к концу. Теперь всё сам.
Как ему и было известно, в арке нужного дома стоял молодой человек в капюшоне. Барон Жуков, специально одетый попроще, и с натянутой кепкой на лицо, как бы прошёл мимо. Но медленно, бросив взгляд на этого дилера.